То военные, то пожар
Одному из самых роскошных дворцовых комплексов в пригороде Петербурга — Ропше в известном смысле повезло: во время Великой Отечественной ее разрушили значительно меньше, чем Петергоф или Царское Село, поскольку в главном дворце размещался немецкий госпиталь. После войны дворец отремонтировали, и его снова «оккупировали» военные: здесь располагались воинские части. Военные много сделали для восстановления построек и парка, но в конце 1970-х годов они ушли из Ропши, забрав с собой все, что можно было унести: полы, двери, оконные рамы. Усадьба разрушалась, о ней к тому времени практически забыли: полным ходом шло восстановление Петергофа, Царского Села, других исторических объектов — было не до Ропши, которая к тому же находилась в областном подчинении.
В 1981 году по решению Леноблисполкома комплекс передали НПО «Промрыбвод», который подписал охранные обязательства (Ропша к тому времени была включена в списки охраняемого культурно-исторического наследия всесоюзного масштаба). Но свои обязательства «Промрыбвод» не выполнил и вскоре вообще покинул место. Во дворце собирались начать реставрационные работы, но все планы нарушили несколько пожаров, случившиеся в нем в середине 1980-х и в 1990 году. К тому времени, когда в 1990 году «Исторический центр Санкт-Петербурга и связанные с ним группы памятников» был включен в список памятников всемирного наследия ЮНЕСКО, входившая в него Ропша оказалась в руинированном состоянии.
Царское это дело
Усадьба, устроенная Петром I в первые годы XVIII века на месте бывшей шведской мызы, в течение первого столетия своего существования несколько раз меняла хозяев, переходя из казны в частное владение. В 1801 году она окончательно вернулась под крыло царской семьи. За век к строительству зданий и обустройству парка в Ропше приложили руку выдающиеся архитекторы своего времени: Петр Еропкин, Бартоломео Растрелли, Джакомо Кваренги, Юрий Фельтен.
«Если грамотно подойти к восстановлению Ропши, может получиться элитная вещь, — считает Вадим Знаменов, президент Государственного музея-заповедника «Петергоф» (с 1965 года работал в ГМЗ «Петергоф», с 1974 по 2008 год возглавлял его, с 2009 года — президент ГМЗ «Петергоф», член президиума Российского комитета ИКОМ. — TANR). — Там есть минеральные воды, великолепные водоемы, роскошный парк. Ропшу любила императорская семья, в ее окрестностях охотился Николай II, туда очень часто ездили просвещенные петербуржцы, там иногда даже заседал Государственный совет. В Ропше можно разводить рыбу, восстановить оранжереи, которые когда-то поставляли фрукты к царскому столу. Можно восстановить и музеефицировать бумажную фабрику постройки Фельтена — это одна из самых первых российских фабрик. На кладбище стоит лютеранская кирха допетровского времени, очень интересный объект. Но все это требует обсуждения, времени и грамотного подхода».
С 2012 года дворцово-парковый ансамбль «Ропша» решением Министерства культуры России передан в оперативное управление ГМЗ «Петергоф». Теперь она единственный федеральный дворцово-парковый ансамбль, который расположен на территории двух субъектов РФ — Петербурга и Ленинградской области. Была идея создать туристический кластер, который объединил бы ансамбли и парки Петергофа, Ораниенбаума, Стрельны и Ропши, но Ропша из этой объединительной идеи пока выпадает из-за своего плачевного состояния.
Аргументы за спасение
О том, что «Роснефть» заинтересовалась Ропшей, стало известно в конце октября 2016 года на Ежегодном инвестиционном форуме в Санкт-Петербурге. Сообщение вселило надежду в реставраторов, музейщиков, градозащитников: до этого момента никто не предлагал на восстановление гибнущего памятника истории и культуры реальные средства.
«К сожалению, „Петергоф“, на мой взгляд, не способствовал сохранению Ропшинского дворца, — рассказал корреспонденту TANR Михаил Мильчик, кандидат искусствоведения, член советов по сохранению культурного наследия при правительстве Санкт-Петербурга и Министерстве культуры РФ, в недавнем прошлом заместитель генерального директора НИИ «Спецпроектреставрация». — В 2015 году по решению дирекции музея-заповедника ко дворцу в Ропше подогнали высотный кран и разрушили портик, находившийся в аварийном состоянии. Это ужасно. Существуют современные щадящие способы консервации, а „Петергоф“ действовал по-варварски. Ропша требует немедленного спасения!»
НИИ «Спецпроектреставрация» еще в начале 1970-х годов, а затем в середине 1980-х разработала несколько проектов реставрации Ропши. К сожалению, сейчас их невозможно использовать, поскольку дворцовый комплекс значительно разрушился с тех пор. По мнению Михаила Мильчика, нужен новый проект, который на 70% должен состоять из воссоздания, а не реставрации. Это печалит реставраторов, но другого пути, похоже, уже нет.
«Любой разрушенный памятник можно восстановить, а у нас часто пытаются дискредитировать восстановление, называя это новоделом, — считает Вадим Знаменов. — Но вот Варшава восстала буквально из пепла, хотя была разрушена нацистами до основания, и сейчас королевский дворец, полностью воссозданный, — один из самых посещаемых туристами объектов».
Специалисты считают, что часть построек усадьбы инвестор вполне мог бы использовать для своих личных нужд и представительских функций, а часть — сделать общедоступной музейной зоной. Сохранились точные замеры всех построек, в архивах есть фотографии усадьбы с конца XIX века. Ее воссоздание — это долгая и непростая, но вполне выполнимая работа. По мнению Михаила Мильчика, по самым скромным подсчетам, она займет лет десять.
Не спугните!
Официальные инстанции пока очень осторожны в своих комментариях и оценках перспективы участия «Роснефти» в спасении Ропши. В ответ на запрос пресс-служба Министерства культуры ответила: «Сейчас никакой конкретики дать не можем. Форма владения при передаче Ропшинского дворца „Роснефти“ пока не определена. Условия, срок и юридический механизм передачи активно прорабатываются, однако всеобъемлющего соглашения с „Роснефтью“ в настоящее время нет». Сама «Роснефть» вообще не откликнулась на наш запрос о комментарии.
«Комплекс Ропши надо спасать, это сейчас все понимают, — сказал корреспонденту TANR Владимир Толстой, советник президента РФ по вопросам культуры, член президиума ИКОМ России. — Обязательным условием является качественная реставрация. В целом это перспективный момент, но детально о перспективах можно говорить только после подписания договора. Сейчас все осторожны в оценках — чтобы не сорвалось».