Путин запретил размещать рекламу на объектах культурного наследия

РИА Новости 09.03.2015г.

Президент России Владимир Путин подписал закон, который запрещает размещать рекламу на объектах культурного наследия.

Документ опубликован на официальном портале правовой информации в понедельник.

Вопрос размещения рекламы на важных объектах культуры вызвал общественный резонанс после скандала с размещением девятиметрового павильона-сундука Louis Vuitton на Красной площади перед Кремлем. Павильон с выставкой «Душа странствий» был установлен в рамках юбилейных мероприятий к 120-летию ГУМа. Целесообразность его нахождения на Красной площади обсуждали сначала в блогах, затем в Госдуме. В результате было принято решение убрать павильон.

Документ запрещает размещение наружной рекламы на объектах культурного наследия, включенных в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов России, а также на их территориях, за исключением территорий достопримечательных мест.

Это требование не касается только рекламы о проводимых на объектах культурного наследия, их территориях театрально-зрелищных, культурно-просветительных и развлекательных мероприятий с упоминанием о спонсоре мероприятия (если оно занимает не более 10% рекламной площади). Требования к распространению наружной рекламы указываются в охранном обязательстве собственника или иного законного владельца объекта.

 

Проект Стратегии государственной культурной политики планируется подготовить к середине мая 2015 года

Гарант.ру 03.03.2015г

Вчера состоялось первое заседание рабочей группы по разработке Стратегии государственной культурной политики (далее – Стратегия). Об этом сообщает пресс-служба Минкультуры России.

В ходе мероприятия советник Президента РФ Владимир Толстой отметил, что Стратегию планируется подготовить к 15 мая 2015 года. «Два с половиной месяца, конечно, очень сжатые сроки для выполнения поставленной задачи, но мы будем к этому стремиться», – добавил он.

Разработка Стратегии запланирована в целях реализации Основ государственной культурной политики. Напомним, что Основы государственной культурной политики были утверждены Президентом РФ Владимиром Путиным в конце прошлого года (Указ Президента РФ от 24 декабря 2014 г. № 808 «Об утверждении Основ государственной культурной политики«). Документом определены приоритетные цели и стратегические задачи культурного развития страны.

Алгоритм подготовки текста Стратегии будет похож на процедуру принятия Основ государственной культурной политики. Так, проект планируется вынести на широкое общественное обсуждение, провести парламентские слушания в Госдуме и Совете Федерации, в Общественной палате РФ и ее региональных представительствах, на других профессиональных площадках.

«Объем документа не оговаривается заранее, но это в пределах 100-120 страниц», – подчеркнул Владимир Толстой. Предполагается, что Стратегия станет не «теоретической бумагой», а практическим руководством к действию.

Для формирования Стратегии создана рабочая группа при участии представителей профильных ведомств, имеющих отношение к культуре, президиума Совета по культуре и искусству при Президенте РФ, деятелей культуры, пароламентариев. Также предлагается создать отдельные экспертные группы по направлениям. «Основы затрагивают многие сферы, которые находятся за пределами ведения Министерства культуры России, в связи с этим мы сделаем дробление на отдельные экспертные группы по каждому направлению, например, театр, воспитание, образование, СМИ и так далее», – добавил советник Президента РФ.

Ожидается, что Стратегия будет принята в конце года (возможно, на совместном заседании Госсовета и Совета по культуре и искусству при Президенте РФ).

 

Сергей Рыбаков: Нужно объяснить людям, что наследие – это ресурс развития

Хранители наследия. ру 03.03.2015г.

Сергей Евгеньевич Рыбаков – член Совета Федерации Федерального собрания России. Заместитель председателя Комитета СФ по науке, образованию и культуре. Курирует в верхней палате парламента тему законодательства о культурном наследии.

Доктор философских наук. В 1989 году закончил Ленинградское высшее военно-политическое училище ПВО им. Ю.В.Андропова (по специальности — учитель истории и обществоведения).

Перед избранием в Совет Федерации работал первым заместителем губернатора Владимирской области. Был депутатом Законодательного Собрания Владимирской области шестого созыва. Ранее работал в Правительстве РФ, Министерстве обороны РФ, Администрации Президента России.

— Сергей Евгеньевич, с 22 января 2015 года вступили в силу поправки к 73-му федеральному закону о культурном наследии. Их было больше 400, так что можно сказать, что закон существенно изменился. Мнения об обновленной версии закона разные. Отмечаются позитивные перемены, но звучат и критические отзывы о серьезных недоработках. В частности, о том, что не хватает подзаконных актов, которые, собственно, и позволяют применять новые нормы на практике. Расскажите, какая работа идет в этом направлении.

— После принятия закона № 315-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» можно говорить фактически о «новой редакции» 73-ФЗ. Этот закон — результат многолетней работы, звучали даже мнения, что его вообще никогда не примут. Законопроект появился еще в 2009 году. Авторство принадлежит депутатам Государственной Думы, свои предложения вносили представители регионов (в частности, Москва, Санкт-Петербург), Минкультуры.

Плохо, что на рассмотрение из Госдумы в Совет Федерации законопроект был представлен без подзаконных актов. Конечно, это порочная практика, с самого начала было очевидно, что понадобится еще как минимум два десятка дополнительных нормативных документов. И это только первоочередных. В результате закон вступил в силу не только без них, но даже без разъяснений для регионов, что создало массу проблем органам охраны культурного наследия на местах. Я считаю, что в такой ситуации Министерство культуры могло бы заблаговременно подготовить официальные временные разъяснения, как действовать органам охраны наследия в том или ином случае. Вовремя этого сделано не было. В результате мы снова собрались на площадке Совета Федерации — с депутатами, сотрудниками Минкультуры, экспертами — и составили график подготовки необходимых подзаконных актов. Надеемся, что все пробелы скоро будут устранены.

— Но, конечно, такие недоработки не перечеркивают значимости нового закона в целом.

— Я убежден, что плюсов от его принятия значительно больше, чем минусов от временных недоработок. В 315-ФЗ много положений, облегчающих процесс охраны культурного наследия, долгожданных нововведений, наконец, некоторые нормы были просто введены в разумные рамки. Закон решил много назревших проблем, в частности, что касается выявления объектов культурного наследия — теперь это будет делаться без платной историко-культурной экспертизы. Я хорошо знаю ситуацию в регионах. Скажем, есть у органа охраны культурного наследия намерение включить в реестр несколько исторических зданий. Приходят к губернатору, говорят: нужное дело, но требуется миллиона два рублей на экспертизу. Губернатор, естественно, отвечает: денег нет. Вот и весь разговор. То есть даже при всех благих намерениях сделать объект памятником было крайне сложно. Теперь процедура иная. Решение выявлять объекты без экспертизы — определено в числе функций органов наследия, что нашло широкую поддержку среди специалистов. Этап экспертизы наступает только когда речь идет о присвоении памятнику категории в реестре. Это, конечно, только один из многих моментов, которые отрегулированы новым законом. И я вам скажу, что сейчас мы с коллегами работаем уже над следующими поправками.

— Это будет опять большой пакет?

— Пока речь идет о двух поправках. Первая касается возможности установления временной стометровой охранной зоны вокруг объектов культурного наследия. Как вы знаете, разработка проекта зон охраны обычно занимает много времени и требует денег, чем зачастую пользуются недобросовестные лица. Сейчас думаем, как этому воспрепятствовать.

Второй блок поправок касается исторических поселений. Это вообще отдельная большая тема. Долгое время в принципе не было такого юридического понятия, как историческое поселение, это была просто фигура речи. Не существовало ни прописанной документации, ни предмета охраны. И многое было утрачено, особенно что касается средовой фоновой застройки. А ведь, скажем, для малых исторических городов это особенно ощутимо. Один-два дома обложат сайдингом или силикатным кирпичом, перестроят – и все, облик улицы искажен.

Так вот, нужно на примере 41 существующего поселения федерального значения создать эффективный механизм сохранения исторической среды и управления такими поселениями. Сейчас впервые для них разрабатывается весь пакет документов с прописанным предметом охраны. Также надо вернуться к теме работы Градостроительного кодекса на территории исторических поселений. Скажем, по Градкодексу, в комплекте документов на застройку отсутствует проект здания — и таким образом можно получить разрешение на строительство и игнорировать требования органов охраны наследия. Подобные противоречия внутри законодательства должны быть устранены.

— Тема реставрации и развития исторических поселений сейчас выходит на первый план, особенно в свете постоянных призывов к развитию внутреннего туризма. И помимо законодательной базы здесь, конечно же, нужны серьезные финансовые вливания. Частных инвестиций уже явно недостаточно. Есть ли какие-то государственные программы на этот счет?

— Да, вот как раз под Новый год определились победители конкурса для участия в проекте «Сохранение и развитие малых исторических городов и поселений».

Это совместная программа Российской Федерации и Международного банка реконструкции и развития (МБРР), общий бюджет которой рассчитан на 200 млн долларов. Причем, несмотря на напряженную международную обстановку, этот проект живет. К счастью, у всех стран-участниц МБРР есть четкое понимание того, что культурное достояние является общим наследием и ценность его никак не зависит от политической конъюнктуры.

До сих пор РФ брала несколько займов на культурное наследие, но это была реставрация отдельных памятников: что-то пошло на исторический центр Петербурга, что-то на Торжок. Проект, о котором мы говорим сейчас, предполагает создание и реализацию программы по комплексному возрождению целого пространственного участка города. Здесь стоит задача реанимировать пространство исторического поселения по образу и подобию европейских исторических городов, начиная от реставрации отдельных памятников, заканчивая прокладкой дорог и коммуникаций.

Эта программа софинансируется за счет регионов, отдельно сюда вплетаются и другие сопутствующие программы Минкультуры, Минстроя. То есть на основе проекта МБРР создается интеграционный проект. Это большой замах и серьезный шанс для городов — победителей конкурса.

— А что по срокам?

Такие проекты Банк уже осуществлял, в частности, в Иордании и Марокко. И надо сказать, у нас ситуация все-таки получше – и в плане сохранности наследия и среды, и в плане финансирования и согласований с госорганами. Мне приятно, что среди победителей конкурса оказался мой родной Гороховец – город, в котором я родился и вырос. В нем уже работает делегация экспертов. И вот там уже по срокам определенность есть. Сейчас идет предпроектный этап, то есть оценка объема и описание работ. Это продлится где-то до лета 2015 года. Затем должно быть заключено международное соглашение. 2016-2017 гг. – составление проекта. 2018-2020 гг. – реализация, работа, выход на объекты. Но это, я так думаю, будет уже самое быстрое из всей процедуры.

— Раз уж мы коснулись Гороховца, давайте на его примере подробнее разберем, по каким основным направлениям пойдет работа и почему этот город был выбран?

— Да, с одной стороны, Гороховец – довольно типичный представитель малых исторических городов России, с другой стороны, он имеет яркие индивидуальные черты, благодаря которым попал в эту программу, а еще раньше вошел в список из 41 исторического поселения федерального значения. Но надо сказать, что Гороховец вообще всегда входил во все списки. Да иначе и быть не могло. Ведь там огромное число памятников, только в центре города – более ста, из них больше 30 — федерального значения. И, кстати, сейчас их число растет, так как в этом году реестр в отношении Гороховца пересматривается. Но дело, конечно же, не в количестве, а в качестве. Город уникален «концентрацией» архитектуры XVII века, причем не только церковной, но и гражданской. В Гороховце не только 3 монастыря и десять храмов XVII века (есть они и в других местах), а еще и сразу 7 купеческих палат той поры. А так как город-то небольшой, то получается в результате компактная застройка XVII века. Ну где вы еще такое найдете?

Кроме того, в Гороховце есть краснокирпичная архитектура конца XIX века и замечательное деревянное зодчество. Существует и особый стиль – это гороховецкий модерн, обозначающий своеобразный богатый деревянный декор.

Гороховецких плотников называли – «якуши». И это слово даже вошло в словарь Даля. Их забава – знаменитая гороховецкая игрушка, грубоватая с гранями. А все потому, что ее рубили топором. Не используя больше никакой другой инструмент.

Ну, и наконец, что касается промыслов, уезд славился своими мастерами-котельщиками. Они работали по всей стране на клепке паровых котлов, мостов, строительстве кораблей. Документально подтверждено, например, участие гороховчан в строительстве черноморского броненосного флота, а также первого в России железнодорожного моста через Волгу рекордной по тем временам длины — 1483 метра. С этими же мастерами сотрудничал Шухов, так что для меня знаменитая башня на Шаболовке – это гороховецкое произведение. На гороховецких же заклепках держатся перекрытия ГУМа, фермы Киевского вокзала в Москве. Существует легенда о том, что гороховецкие заклепочки есть даже в Эйфелевой башне.

В общем, Гороховцу есть что показать и чем похвастаться.

— В каком состоянии город застала делегация МБРР?

— Как я уже сказал, Гороховец всегда был хорошо известен — и специалистам, и не специалистам. Но так как рядом были города Горький (ныне — Нижний Новгород) и Дзержинск, где находились оборонные предприятия, да и в самом Гороховце располагался судостроительный завод, то город был по сути закрытым. Иностранцев туда не возили. Только советских туристов по профсоюзным путевкам.

Сейчас путешественники бывают в Гороховце в основном самостоятельно, проездом. Есть пара гостиниц, неплохой отель в горнолыжном комплексе на Пужаловой горе. В среднем 60 тысяч туристов в год.

Последние реставрационные работы были в конце 1980-х годов. С тех пор все медленно ветшает. Культовые сооружения в Гороховце вообще если и реставрировались, то в глубокие советские времена. Какое-то движение началось в 2000-х, стали перестраивать дома, особенно в частном секторе. Средовая застройка, конечно, пострадала, что довольно типично для российской глубинки. Итак, с одной стороны, город разрушается, с другой – не превратился в китч, сохранил патриархальность и подлинность, спасти которые и есть наша задача.

Для Гороховца проект МБРР может быть особенно эффективен. Город небольшой, и получится, что под программу подпадет не один-два-три квартала, а весь центр. Там требуется создать такую зону роста, от которой пойдут импульсы возрождения и развития дальше в другие районы города.

— Помимо строительства инфраструктуры и собственно реставрации необходимо придать зданиям какую-то новую функцию.

— Безусловно, над этим уже работаем. Есть договоренность о создании в Гороховце филиала Государственного исторического музея, сейчас ищем здание. В доме Шориных планируется оставить Дом народного творчества.

В доме Поляковых, который сейчас пустует, предполагается устроить Центр плотничества с выставками, мастер-классами и проч. Многие ценные исторические дома, образующие средовую застройку, сейчас являются жилыми, пребывают в ветхом состоянии, создавая, в том числе, серьезные бытовые трудности для жильцов. Очевидно, что также придется решать проблему расселения.

Совет Федерации и Министерство культуры договорились создать в Гороховце пилотную площадку по реализации и проекта МБРР, и других инициатив относительно малых городов. Гороховец – первый город, для которого разработан полный комплект исторической документации в соответствии с новым законодательством. Город стал площадкой для заседаний секций федерального научно-методического совета при Минкультуры. То есть там обсуждают и принимают решения для Гороховца, а потом его опыт переносят на другие малые исторические города.

— А как местные жители воспринимают эту ситуацию, информированы ли они о том, что Гороховец ждут перемены?

— Главная проблема как раз в том, чтобы пробудить к активности самих жителей города, преодолеть неверие в перемены и апатию, которые, к сожалению, нередки сегодня в провинции.

Весь процесс запланированных преобразований и их будущий успех завязан именно на местных жителях. Сейчас важно остановить отток людей из Гороховца, вернуть тех, кто уехал. Любые программы начинают работать в тот момент, когда прекращает сокращаться население. Невозможно делать два разных города – один для туристов, другой — для местных.

Сейчас есть общее понимание того, как реформы должны пойти. Но в России мало практических примеров их реализации. У Гороховца есть все шансы стать образцом. Местные жители и власть уже начинают понимать, что их будущее находится, прежде всего, в их собственных руках. Люди стараются.

— Конечно, многое зависит от конкретных людей и инициативы. И в истории Гороховца масса тому примеров.

— В 2018 году Гороховцу исполняется 850 лет, это один из древнейших городов Владимирской области и всей России. И до сих пор здесь помнят людей, которые много сделали для развития города. Все церкви и монастыри — «именные», то есть построены в XVII столетии купцами, чьи имена в городе помнят до сих пор.

Позже, уже в начале XX века купец Иван Александрович Шорин построил здесь судостроительный завод, на котором производились крупнейшие в России танкеры, перевозившие по Волге бакинскую нефть.

Здесь в 1907 году была построена крупнейшая по тем временам нефтеналивная баржа “Марфа-Посадница”, появление которой до сих пор считают переворотом в речном судостроении. Она была первой баржей современного типа и имела огромные размеры: длина — 172 метра, ширина — 24 метра, высота борта — 3,85 метра. По размаху сопоставимо с «Титаником».

Еще одно славное имя – купец Михаил Федорович Сапожников. Он родился в Гороховце, жил в Казани и Москве, но никогда не забывал свой родной город. Вот представьте только размах. Он организовал в городе Народный банк – что-то типа кассы взаимопомощи, Фонд для бедных невест (оттуда они могли безвозмездно брать средства на приданое), пожертвовал деньги на городскую больницу, богадельню, церковь, водопровод и на все четыре учебные заведения города (только последнее пожертвование составило 3 городских бюджета).

До революции в каждом учебном заведении на почетном месте находился его портрет. И мы хотим возродить эту традицию. Во-первых, сделаем медаль его имени и будем награждать благотворителей, ну, а во-вторых, поместим памятные таблички на все дома, построенные на деньги Сапожникова. Не поверите, но все они стоят до сих пор!

— Понятно, что возрождение города не обойдется без сотрудничества с бизнесом. Нужно будет создавать систему, налаживать диалог, заинтересовывать.

— Да, вы правы. Сейчас, к сожалению, создана система, которая работает на отторжение наследия. Для власти это – лишняя головная боль и траты, для предпринимателя – нагрузка и препятствие на пути к прибыли, ну, а уж про рядовых небогатых жителей и говорить нечего. Когда бабушка-пенсионерка в Гороховце вдруг узнает, что ее домик представляет архитектурную и историческую ценность, она просто за сердце хватается. Для всех наследие означает – ограничения, трудности, бюрократию. И возникает только одно желание – поскорее от всего этого добра избавиться.

Безусловно, система должна быть не только запретительной, но и поощрительной. Нужны механизмы государственно-частного партнерства. Но самое сложное – изменить ментальность, объяснить людям, что наследие – это ресурс развития. И тут, все же, многое зависит от уровня культуры человека.

И сейчас мы возвращаемся к началу нашего разговора.

Темы сохранения наследия и законодательства о наследии находятся на стыке сразу нескольких отраслей: земельного кодекса, архитектуры, градостроительства, вопросов собственности, экономики, науки, если хотите. Это не сугубо культурная тема, хотя ей и занимается в основном Министерство культуры. И вот именно из-за того, что задача получается такая многосоставная, не удается сразу решить все проблемы, в том числе и создать идеальный исчерпывающий закон. Но тем не менее, уже сделан большой шаг вперед.

 

Собянин: За прошлый год в столице отреставрировано 393 объектов культурного наследия

Труд 03.03. 2015г.

В ходе заседания Президиума правительства Москвы столичный градоначальник Сергей Собянин подвёл итоги выполнения мероприятий по реставрации объектов культурного наследия в Москве за 2014 год.

Как выяснил «Труд», в прошлом году в городе проводились работы на 393 объектах культурного наследия: 89 объектов реставрировались за счёт федерального бюджета, 137 — за счёт бюджета города Москвы и ещё 167 — на деньги частных инвесторов.

По словам министра правительства Москвы, руководителя Департамента культурного наследия Александра Кибовского, в столице завершена реставрация 125 памятников. Это в 10 раз больше, чем в 2010 году (12 объектов). Работы проведены на таких известных объектах, как комплекс зданий музыкальной школы имени Гнесиных на Знаменке, Дом Гагарина на Страстном бульваре, особняк Свешниковой на Большой Полянке, Оперный дом в Царицыне, Дом Куракиных на Новой Басманной улице, церковь Святого Климента на Пятницкой улице, Зелёный театр на ВДНХ и другие.

В текущем, 2015 году, планируется отреставрировать (на некоторых объектах уже ведутся работы) 336 памятников: 69 — за счёт федерального бюджета, 126 — за счёт бюджета города Москвы и 141 объект — на деньги частных инвесторов.

Объёмы инвестиций в реставрацию памятников в Москве в 2014 — 2015 годах превысят 30 миллиардов рублей, из которых 13,8 миллиарда — бюджет города Москвы.

Проведение масштабных реставрационных работ позволит сократить число памятников, находящихся в неудовлетворительном состоянии, примерно на одну треть — с 1325 в 2010 году до 838 к концу года.

К 70-летию Победы в Великой Отечественной войне в прошлом году было отремонтировано 13 братских воинских захоронений. С участием патронатных организаций и волонтёров выполнен текущий уход за 4243 памятниками героям войны.

В начале 2014 года полномочия по государственной охране 49 объектов культурного наследия, расположенных на территории ВДНХ, были переданы правительству Москвы. В течение года выполнены первоочередные ремонтные и реставрационные работы на 24 исторических павильонах ВДНХ, находившихся в аварийном состоянии (общая стоимость работ — 659,5 миллиона рублей). В частности, был восстановлен Зелёный театр.

При этом завершена комплексная реставрация трёх памятников архитектуры по программе «1 рубль за 1 квадратный метр». Ведутся работы ещё на 14 объектах.

Также было учреждено звание «Почётный реставратор города Москвы». Награждение первых пяти лауреатов состоялось 4 марта 2014 года.

Столичные власти продолжают оказывать помощь в реставрации храмов и других объектов религиозного назначения. В прошлом году из городского бюджета религиозным организациям предоставлены субсидии на сумму 132,8 миллиона рублей. Объём внебюджетных инвестиций (средства религиозных организаций и благотворителей) составил 32,1 миллиона рублей.

Кроме того, правительство Москвы финансируют комплексные реставрационные работы по сохранению особо ценных памятников религиозной архитектуры. Подобные работы проводились на 15 объектах, шесть из которых были сданы.

В частности, проведена реставрация колокольни и трапезной церкви Святого Климента Папы Римского 1762 — 1774 годов, колокольня Рогожской старообрядческой общины, (начало XX века) архитектора Ф.И. Горностаева, а также Рогожского старообрядческого комплекса (дом причта «Новая богадельня»).

Вместе с тем в 2014 году начаты работы по реставрации памятников, прилегающих к территории будущего парка «Зарядье». Всего на территории Зарядья находятся девять памятников архитектуры, включая шесть храмов. В 2012 — 2014 годах за счёт бюджета города Москвы отреставрирован Старый английский двор XVI — XVII веков и проведены работы на братском корпусе Знаменского монастыря.

В 2015 году планируется завершить работы по восстановлению храмов XVII века (церковь Святых Михаила и Фёдора Черниговских и церковь Святого Иоанна Предтечи под Бором) и колокольни XVIII века. Окончание реставрации будет приурочено к тысячелетнему юбилею преставления святого равноапостольного великого князя Владимира.

До конца 2016 года будут завершены работы в храмах Святых Варвары, Максима, Георгия и Анны.

 

Аварийные памятники уходят в прошлое

Труд 06.03.2015г.

Во время реставрации в трапезной церкви Михаила и Федора Черниговских была обнаружена уникальная надгробная плита XVII века известного московского купца Андрея (Малюты) Филимонова, ставшая настоящей археологической сенсацией. И это не единственное открытие. По словам руководителя департамента культурного наследия города Москвы Александра Кибовского, в прошлом году реставрационные работы проводились на 393 памятниках истории культуры. На 125 объектах они были полностью завершены, из них около 30 — выдающиеся работы.

Например, на территории ВДНХ реставраторы нашли уникальные произведения, считавшиеся безвозвратно утраченными.

«Наиболее интересными оказались 24 исторических павильона, многие из которых были практически на грани технической утраты, — рассказал Александр Кибовский, выступая на заседании президиума правительства Москвы, где подводились итоги работы за 2014 год. — Были не только проведены противоаварийные работы, но и сделана масса интересных находок. В частности, удивительный барельеф Вучетича и самая большая картина Александра Герасимова, выдающегося советского художника».

Среди других работ, которые завершены и могут служить примерами профессиональной реставрации, — две усадьбы в центре города Москвы. В одной размещается музыкальное училище имени Гнесиных, по сути, это реставрационный долгострой, а вторая — главный дом Екатерининской больницы на Страстном бульваре — уникальный пример сочетания дворцовой и гражданской архитектуры.

Сейчас в Москве около 570 объектов культурного наследия религиозного назначения, это храмы, церкви, монастыри, которые требуют пристального внимания. Так, в 2012-2014 годах «Мосреставрация» проводила работы на 14 объектах, за счет выделенных городом субсидий удалось привести в порядок еще 9. Благодаря поддержке правительства Москвы число храмов, находящихся не в самом лучшем состоянии, снизилось до 83.

В 2015 году реставрационные работы продолжатся. По словам Александра Кибовского, в работе сейчас 336 объектов культурного наследия. «И несмотря на все негативные прогнозы, на самом деле у нас нет ни одного частного инвестора, который бы отказался от участия».

В 2014 году частные инвесторы отреставрировали 167 памятников культурного наследия. Для их привлечения к реставрации памятников была принята программа, которая позволяет добросовестным пользователям, отреставрировавшим аварийные памятники, пользоваться минимальной арендной ставкой — 1 рубль за 1 кв. метр в год. По этой программе были отреставрированы три памятника, а на 14 работы продолжаются.

«Понимая экономическую ситуацию, мы очень внимательно относимся к каждому проекту, но пока у нас нет никаких тревожных сигналов, что из тех объектов, которые начаты, какой-то может быть не закончен, — заметил глава департамента культурного наследия. — Сейчас 187 объектов в работе по проектированию и проектно-изыскательским работам, то есть задел есть не только на 2015, но даже на 2016 год. Более того, мы провели переговоры с банковскими структурами, с Банком Москвы, Промсвязьбанком, которые подтвердили свою готовность в случае, если будут какие-то проблемы, предоставлять тем инвесторам, кто уже вступил в реставрационные работы, кредиты на условиях их себестоимости. Это хорошие условия для тех, кто уже приступил к работам, чтобы позволить им их закончить».

 

В Москве «на особых условиях» продадут памятник архитектуры

ИА REGNUM 27.02.2015г.

Столичные власти выставят на аукцион дом купца первой гильдии Шлома в Таганском районе, сообщили ИА REGNUM в Департаменте города Москвы по конкурентной политике. Дом, построенный в XVIII веке, передадут инвестору, который обязуется исследовать его архитектурную ценность и отреставрирует памятник.

По словам руководителя Департамента Геннадия Дегтева, будущий владелец обязан сохранить культурную и историческую ценность здания. «С победителем аукциона будет заключен договор купли-продажи здания с особым условием выполнения обязательств по сохранению его исторической значимости. До исполнения покупателем всех обязательств по выполнению реставрационных работ, объект будет находиться в залоге у продавца. После выполнения покупателем предусмотренного охранным обязательством объема работ покупатель сможет окончательно оформить права на земельный участок и начать эксплуатацию объекта», — пояснил Дегтев.

Так, покупатель обязан за счет собственных средств найти подрядную организацию для проведения научно-исследовательских, проектных, ремонтно-реставрационных и противоаварийных и иных видов работ. Поскольку помещения дома закрыты современными материалами, то для исследований потребуется «раскрыть» стены, а также отреставрировать кровлю, фасад и перекрытия, пояснили в Департаменте. На проведение всех работ покупателю отведут 4 года.

Объект находится в хозяйственном ведении ГУП «Московское имущество». Общая площадь здания составляет 907,1 м кв. Согласно условиям аукциона, его разрешено использовать для размещения некоммерческих организаций, не связанных с проживанием людей. Стартовая стоимость дома установлена в размере 146,4 млн рублей. Заявки на участие в аукционе принимают до 31 марта 2015 года, победителя определят 4 апреля 2015 года.

Дом, расположенный по адресу: ул. Таганская, д. 7 является частью бывшей городской усадьбы. Он построен в 1825 году из двух одноэтажных строений. Первым владельцем здания был московский купец первой гильдии Шлом Мелихов Белинский. К настоящему моменту интерьеры дома не сохранились. По оценки БТИ, износ здания составляет 45%, то есть дом находится в удовлетворительном состоянии.

 

Инвесторы не отказываются от планов по реставрации объектов культуры в Москве — Кибовский

ИНТЕРФАКС-НЕДВИЖИМОСТЬ 03.-3.2015г.

Несмотря на сложные экономические условия, инвесторы не отказываются от реставрации объектов культурного наследия столицы, заявил руководитель департамента культурного наследия Москвы Александр Кибовский.

«Несмотря на все негативные прогнозы, у нас нет ни одного частного инвестора, который бы отказался от работ (реставрации — ИФ)», — сказал А.Кибовский на заседании президиума правительства города во вторник.

Мэрия договорилась с банками о кредитах инвесторам в реставрацию, в случае возникновения проблем.

По его словам, в настоящее время 187 памятников находятся на стадии проектирования и проектно-изыскательных работ для дальнейшей реставрации за счет частных средств.

«Мы, понимая экономическую ситуацию, очень внимательно каждый проект в ручном режиме смотрим, но пока у нас нет тревожных сигналов, что из тех, кто начал работы, может объекты не закончить», — отметил руководитель департамента.

Он также сообщил, что власти провели переговоры с банковскими структурами о возможности поддержки проектов реставрации памятников.

«Мы провели переговоры с «Банком Москвы», «Промсвязьбанком», которые подтвердили готовность в случае каких-либо проблем предоставлять инвесторам, которые уже ведут реставрационные работы, кредиты на условиях себестоимости», — добавил А.Кибовский

 

Кибовский сменил Капкова на посту главы департамента культуры Москвы

ИНТЕРФАКС-НЕДВИЖИМОСТЬ 10.03.2015г.

Экс-глава департамента культурного наследия столицы Александр Кибовский решением мэра города Сергея Собянина назначен руководителем столичного департамента культуры.

«Главой департамента культуры назначен Кибовский Александр Владимирович», — сказал С.Собянин на заседании президиума правительства города во вторник.

«Вы его хорошо знаете. Успехов вам, Александр Владимирович», — обратился мэр к назначенцу, присутствующему на заседании президиума.

В свою очередь, новый глава департамента культуры Москвы Александр Кибовский надеется, что работники отрасли отнесутся с должным пониманием к кадровым перестановкам. Кроме того, назначенный глава департамента заявил, что его приоритетами на новом посту станут открытость, доступность в общении с москвичами.

«Наша задача, особенно накануне Дня работника культуры, сводится к спокойному выполнению обязанностей, каждый на своем месте», — подчеркнул он.

Ранее во вторник мэр Москвы Сергей Собянин принял отставку Сергея Капкова с поста главы департамента культуры и назначил на эту должность А.Кибовского.

Исполнение обязанностей главы департамента культурного наследия столицы возложено на Алексея Емельянова, который работал заместителем главы ведомства.

 

Усадьбы Подмосковья: новый «культурный» закон больно бьет по рукам

Не только тех, кто разрушает памятники, но и тех, кто пытается их спасти

Московский комсомолец 05.03.2015г.

Хотели как лучше, получилось как всегда — новое федеральное законодательство об охране объектов культурного наследия бьет по рукам не только тех, кто разрушает памятники, но и тех, кто пытается их спасти. Министр культуры Подмосковья Олег Рожнов считает, что принятые поправки в закон затормозили реализацию программы по льготной аренде усадеб Подмосковья. А те инвесторы, кто уже оформил в прошлом году такую аренду, хватаются за голову — теперь на каждое их действие на территории исторического объекта требуется заключение экспертизы.

«Вот нужно нам, к примеру, проложить коммуникации на территории усадебного комплекса, — рассказывает Татьяна, представитель инвестора, на счету которого уже несколько подмосковных усадеб, взятых на реставрацию на условиях льготной аренды. — Раньше мы составляли проектную документацию, посылали ее в областной минкульт на согласование, там проверяли, вносили коррективы, и все — можно приступать к работе. А теперь бумажная волокита растягивается на месяцы. После 22 января, когда вступили поправки к закону, мы не можем ничего делать, пока не получим разрешение от специально лицензированных экспертов. На каждый чих нужно заключение экспертизы. Во-первых, это дополнительные траты — за каждую экспертизу приходится платить, во-вторых, теряем время. Ну ладно бы дело касалось реставрации самого памятника, но когда заключение экспертов приходится получать на то, чтобы канализацию провести, — это уж чересчур».

Перечень работ, на которые требуется заключение экспертов, действительно оказался слишком широк — от прокладки инженерных сетей и ремонта уже существующих коммуникаций до любых ландшафтных работ на территории памятника культурного наследия.

«Если раньше требовалось проведение историко-культурной экспертизы только проекта реставрации и приспособления, то сейчас экспертизы проводятся в том числе и на проекты проведения землеустроительных, земляных, строительных, мелиоративных, хозяйственных и иных работ на территории памятника», — рассказывает Алена Уласова, директор Центра правового обеспечения инвестиций в сохранение объектов культурного наследия (ASG).

То, что поправки в Федеральный закон «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» не способствуют, а порой даже мешают работе по спасению исторического и культурного наследия, вынужден признать и министр культуры Подмосковья Олег Рожнов. По его мнению, до того как новый закон вступил в силу, целый ряд положений, включенных в него, должен был получить развитие в подзаконных актах, а они до сих пор не приняты. Вот и выходит: по-старому действовать уже нельзя, и по-новому не получается.

«В частности, у нас возникли серьезные осложнения с реализацией программы по сдаче в льготную аренду руинированных объектов культурного наследия, — говорит Рожнов. — За период с 2013 года в Подмосковье были сданы в аренду 16 усадеб. В этом году мы запланировали к передаче еще 29. Но работа после 22 января остановилась, так как мы не можем включить в конкурсную документацию для инвестора охранные обязательства, прежняя форма уже запрещена к использованию, а новая еще не разработана и не утверждена».

Путем консультаций с Минкультуры РФ Московская область нашла выход из сложившейся ситуации. Но это скорее вопреки, а не благодаря принятому закону. К тому же в законе вообще нет упоминания такой формы использования, как аренда, хотя для Подмосковья это основная форма спасения объектов культурного наследия, находящихся на грани полного разрушения.

Горячая дискуссия разгорелась вокруг еще одного положения закона — о сохранности вновь выявленных исторических памятников. Раньше если в ходе земляных или строительных работ на каком-то объекте вдруг обнаруживали артефакты, то все земляные работы срочно приостанавливали и там начинались археологические исследования. Сейчас по каждому земельному участку, подлежащему хозяйственному освоению, даже если это бывшее колхозное поле, где десятилетиями пахали и сеяли, теперь, чтобы возобновить севооборот, сначала необходимо провести государственную историко-культурную экспертизу. И только на основании проведенных археологических исследований, подтверждающих наличие или отсутствие объектов культурного наследия, выносится решение — можно там по-прежнему пахать или нет.

 

Власти Подмосковья намерены изъять у РАН усадьбу Пущино-на-Оке

ИА REGNUM 03.03.2015г.

Министерство культуры Московской области готовит обращение в областное управление Росимущества области о необходимости изъятия объекта культурного наследия федерального значения — усадьбы Пущино-на-Оке из оперативного управления Российской академии наук и передачи усадьбы добросовестному пользователю. Об этом корреспонденту ИА REGNUM сообщили в пресс-службе министерства.

5 марта минкульт проведет проверку деятельности РАН, связанной с содержанием усадьбы Пущино-на-Оке.

По словам министра культуры Московской области Олега Рожнова, судьба этого архитектурного памятника, история которого насчитывает более 400 лет, в последние годы складывается довольно драматично. С 1971 года он находился в ведении Института белка РАН, но никак не использовался. В 2007 году усадебный комплекс был передан в оперативное управление РАН. Сегодня усадьба находится в крайне неудовлетворительном, а местами — и в аварийном состоянии. В 2010 и 2012 годах руководство РАН привлекалось к административной ответственности за правонарушения в области государственной охраны и сохранения объектов культурного наследия за непринятие мер по сохранению этой усадьбы. В 2013 году правительство области предлагало рассмотреть возможность передачи комплекса усадьбы в собственность региона.

Также министерство проведёт документарную проверку выполнения условий охранного обязательства по сохранению другого объекта культурного наследия регионального значения — усадьбы Иславское в Одинцовском районе, которая находится в собственности ООО «Сатурн». В случае выявления нарушений в минкульте не исключают возможности начала претензионно-исковой работы по изъятию усадьбы из собственности и в этом случае.

 

Усадьба Дом Липгардта в подмосковной Коломне выставлена на торги

ИА REGNUM 04.03.2015г.

Муниципальная усадьба Дом Липгардта, находящаяся в собственности Коломны, выставлена на открытый аукцион на право заключения аренды в рамках программы «Усадьбы Подмосковья». Об этом корреспонденту ИА REGNUM сообщили в пресс-службе областного министерства имущественных отношений.

Площадь объекта — 541,9 кв.м, а начальная цена годовой арендной платы составит около 215 тыс. рублей. Проведение аукциона запланировано на 26 марта.

Напомним, программа «Усадьбы Подмосковья» реализуется с ноября 2013 года. Объекты культурного наследия передаются в аренду на 49 лет по рыночной ставке арендной платы с условием, что арендатор за свой счёт проводит полный комплекс реставрационных работ. Срок реставрации не должен превышать семь лет. После окончания реставрационных работ устанавливается размер арендной платы в 1 рубль за 1 квадратный метр в год.

Специалисты полагают, что такая схема привлечения частных инвестиций в сферу культуры подтвердила свою работоспособность в условиях, когда источников финансирования реставрационных работ недостаточно, а памятники истории нуждаются в скорейшем восстановлении. Так, с ноября 2013 года проведены аукционы в отношении 16 усадеб, расположенных на территории Московской области, из них девять областных и семь муниципальных. Арендаторы уже приступили к работам по проведению ремонтно-восстановительных работ.

«За последние месяцы в качестве потенциальных инвесторов к реализации программы „Усадьбы Подмосковья“ стало подключаться всё больше предпринимателей и частных компаний, ведущих свою деятельность на территории Московской области. Это является не только экономическим, но и своего рода социальным инвестированием, в ходе которого к долгосрочному восстановлению объектов культурного наследия привлекаются местные специалисты, в муниципальных образованиях создаются новые рабочие места, обеспечивается выплата налогов в местные бюджеты», — пояснил заместитель председателя правительства Московской области Александр Чупраков.

Как ранее сообщало ИА REGNUM, областной минкульт регулярно проверяет ход реставрации усадеб: график проверок утверждает прокуратура, а в случае жалоб об угрозе памятнику или незаконных работах проверки проводят незамедлительно. Пока проблемы возникли с двумя усадьбами — Ольгово и Пущино-на-Оке. Также министерство проведёт документарную проверку выполнения условий охранного обязательства по сохранению усадьбы Иславское в Одинцовском районе — объекта культурного наследия регионального значения.

 

Кировский губернатор Никита Белых приехал в Калугу за опытом

ИА REGNUM   02.03.2015г.

Создание и развитие индустриальной инфраструктуры, а также территориально-производственных кластеров стали основной целью рабочего визита в Калугу сегодня, 2 марта, делегации Кировской области во главе с губернатором Никитой Белых, сообщили корреспонденту ИА REGNUM в Агентстве регионального развития Калужской области.

В первой половине дня губернатор Белых встретился с заместителем министра экономического развития Калужской области Дмитрием Абрамовым и руководителями региональных институтов развития. В ходе встречи были озвучены принципы взаимодействия власти и бизнеса в Калужской области. В частности, речь шла о сформированной системе поддержки инвесторов. Как отмечалось, каждый из приходящих в регион инвесторов, независимо от объема инвестиций, страны происхождения и отраслевой принадлежности, получает полное сопровождение на всех этапах реализации своего проекта. В регионе функционируют несколько институтов развития, решающих конкретные задачи инвестора. Так, корпорация развития представляет собой государственного девелопера земельных участков, чья деятельность сконцентрирована на развитии имеющихся и создании новых индустриальных парков.

Гостей из Кирова также заинтересовала практика Калужской области в реализации проектов с применением механизмов государственно-частного партнерства. В регионе реализуется проект в форме концессии — «Полотняный завод».

Это единственное в России концессионное соглашение по сохранению объектов культурного наследия. Разрушенное здание ткацкого корпуса и каретного сарая завода восстанавливает частный инвестор.

Через два-три года в культурно-исторический комплекс «Полотняный завод» впишутся два стилизованных под эпоху фабрики отеля, которые станут частью усадебного ансамбля.

Во второй половине дня делегация из Кирова встретится с губернатором Калужской области Анатолием Артамоновым. Также программой визита предусмотрен осмотр индустриальных парков региона — «Грабцево», «Калуга-Юг», «Росва», «Ворсино», с посещением предприятий автопрома и фармацевтической индустрии.

 

Преображённый остров Новая Голландия откроется для петербуржцев в 2017-м

ИА REGNUM 03.03.2015г.

Остров Новая Голландия в Санкт-Петербурге откроется в 2017 году. Об этом корреспонденту ИА REGNUM сегодня, 3 марта, сообщили в пресс-службе комитета по инвестициям мегаполиса.

Работу по реставрации и приспособлению под современное использование архитектурного ансамбля острова Новая Голландия планируется полностью завершить в 2025 году, однако для посетителей территория острова будет открыта уже в начале 2017-го.

К 2017 году планируется завершить реставрацию и приспособление под современное использование основных объектов острова — здания кузни и тюрьмы, Арестантской башни, мостов и набережных, а также благоустроить парковую зону. До 2025 года будут производиться работы по реставрации нескольких корпусов архитектурного ансамбля и капитально-реставрационный ремонт части береговых укреплений.

Напомним, проект развития основа Новая Голландия предусматривает создание общественно-делового многофункционального комплекса с выставочными площадями и объектами инженерной инфраструктуры путём осуществления работ по приспособлению объектов культурного наследия для современного использования без изменения предмета охраны, проектирования и реконструкции объектов недвижимости, находящихся в собственности Санкт-Петербурга. Бюджет проекта составляет более 12 млрд рублей Инвестор — ООО «Новая Голландия Девелопмент».

Новая Голландия — два рукотворных острова в центральной части Петербурга. Они возникли в результате того, что в 1719 между Невой и рекой Мойкой для нужд судостроителей были прорыты два канала — Крюков и Адмиралтейский. Авторство современного названия легенда приписывает самому Петру I. Оно было самым подходящим, поскольку первоначально «Голландией» в Петербурге называлось место около Адмиралтейства, где были устроены склады корабельного леса. После прорытия двух каналов склады были перенесены на образовавшиеся острова, которые являют собой единое целое и воспринимаются как один. Он и получил название «Новая Голландия».

Сохранившийся каменный комплекс острова возведен в 1765-1780 годах в формах раннего классицизма. В основу нового складского комплекса был положен проект С.И.Чевакинского. Он предложил новаторскую идею сушки леса не в штабелях, а стоймя. Таким образом, удалось увеличить вместимость помещений и избежать гниения дерева. Здания были построены из красного кирпича и лишены обычной для того времени штукатурной отделки. Когда в 1788-м было прекращено строительство по предыдущему проекту, к работам привлекли французского архитектора Ж.-Б.Валлен-Деламота. Отделку фасадов производили уже в соответствии с его проектом. Ему же принадлежит знаменитая классицистическая арка, переброшенная через канал, соединяющий внутренний бассейн («Ковш») с Мойкой.

В 1820-е годы по проекту А.Е.Штауберта на западной стрелке острова было построено кольцеобразное в плане здание морской тюрьмы, которое автор называл арестантской башней, а в народе прозвали «бутылкой» (отсюда якобы пошло выражение «лезть в бутылку»).

В 1893-м в Новой Голландии был построен «опытовый» бассейн, где в начале XX века проводил свои опыты русский кораблестроитель А.Н.Крылов, работавший над теорией непотопляемости корабля.

В годы Первой мировой в «Новой Голландии» оборудовали самую мощную на тот момент в России радиостанцию морского штаба, прославившуюся в том числе и тем, что с ее помощью в ноябре 1917-го большевики вели информационную войну с генералом П.И.Красновым. В советское время «Новая Голландия» была закрытой зоной, на ее территории располагались склады Ленинградской военно-морской базы.

На начало XXI века комплекс состоял из нескольких десятков объектов, 11 из них — памятники федерального значения.

Администрация Санкт-Петербурга, которой в 2004 были переданы права на остров, объявила тендер на его реконструкцию. В 2006-м в конкурсе на реконструкцию комплекса победило ООО «СТ «Новая Голландия» Шалвы Чигиринского и Игоря Кесаева. По их заказу архитектурное бюро Нормана Фостера разработало проект создания многофункционального комплекса, включающий театры, конференц-залы, галереи, гостиницу и рестораны. Однако проект не осуществился. В 2010 году конкурс на реконструкцию «Новой Голландии» выиграла компания Романа Абрамовича. Согласно условиям выигранного тендера за 7 лет компания должна вложить в реконструкцию 12 миллиардов рублей.

Весной 2011 года компания ООО «Новая Голландия Девелопмент», совместно с Фондом «Айрис» и The Architecture Foundation, объявила о начале конкурса архитектурных проектов для острова.

 

Минкульт направил на реставрацию Выборга еще 60 млн. рублей 

Объявлен конкурс на проект реставрации исторических объектов Выборга.

Karpovka.com 06.03.2015г.

Министерство культуры РФ выделило крупную сумму на разработку проекта ремонта исторических объектов в Выборге. В их число вошли башня ратуши, костел Гиацинта, Крепостной вал, башня Олафа и Часовая башня, которую уже реставрируют на средства комитета культуры Ленобласти с января.

Конкурс на поиски подрядной проектировочной организации был объявлен 3 марта. Выделенные 60 млн. рублей распределятся в следующих пропорциях: 12,4 млн. рублей — на Часовую башню, 12,1 млн. рублей — на башню ратуши, 12,2 млн. рублей — на костел Гиацинта и около восьми млн. рублей — на Крепостной вал. Подрядчики по разработке документации по этим объектам должны быть определены в начале апреля.

На проектирование ремонтных работ башни Олафа ранее выделили 15,5 млн. рублей, сообщает пресс-служба правительства Ленинградской области. Итоги конкурса подведут в конце марта.

В 2014 году Выборг стал частью федеральной целевой программы «Культура России». На сегодняшний день в Выборге насчитывается 355 памятников архитектуры, которые нуждаются в ремонте и реставрации. На сохранение исторических объектов правительство РФ готово выделить до четырех млрд рублей. Разработчиком концепции реставрации и капремонта исторического Выборга выступает ФГУП «Центральные научно-реставрационные проектные мастерские».

Минкульт завершил антикоррупционную экспертизу приказа об утверждении предметов охраны Выборга как исторического поселения федерального значения. В настоящее время проходят публичные слушания по проекту реставрации исторического Выборга. / /

 

Миллион экспонатов, миллиард рублей и одно уголовное дело 

Karpovka.com 03.03.2015г.

В Петербурге продолжают рассматривать уголовное дело по факту должностных преступлений при переезде музея ВМФ. «Карповка» встретилась с одним из фигурантов дела Александром Швирикасовым и расспросила его о том, как проходило перемещение миллиона экспонатов за почти миллиард рублей.

В начале ноября 2014 года военная прокуратура РФ утвердила обвинение бывшему директору Центрального военно-морского музея Министерства обороны России (ЦВММ) Андрею Лялину и бывшему руководителю компании «НЕВИСС-Комплекс» Александру Швирикасову в получении взятки, злоупотреблении полномочиями и служебном подлоге. Ближайшее заседание намечено на 17 марта.

Александр Швирикасов:

«Я живой, на свободе и вернулся домой.

Моя фирма — ООО „НЕВИСС-Комплекс“ — была основана почти 20 лет назад и до сих пор не меняет своих задач, несмотря на чудовищные проблемы, с которыми я столкнулся три года назад из-за неплатежей Транснефти за построенный дворец на Арсенальной набережной.

В момент нашего кризиса контракт с Министерством обороны был одним из многих. Не самым большим, но наиболее сложным и интересным.

Первоначальная стоимость работ 2,5 млрд рублей была сокращена почти в три раза, что, само собой, было неприятно, но не смертельно. На тот момент у моей компании объем заказов и финансовых возможностей позволял перекрыть эти риски.

Сама по себе задача комплексного подхода к перемещению музея — неосвоенная сфера рынка. Выполнить такой стартовый проект с прибылью проблематично, поэтому я предполагал определенные риски. Однако это позволяло освоить новые горизонты и получить опыт. На тот момент у нас был почти двухтысячный штат сотрудников.

Плановый срок выполнения работ, регламентированный Росохранкультурой, составлял не менее восьми лет. Нам дали год и сказали ни в чем себе не отказывать. Однако это не было авантюрой. Сам переезд занял у нас восемь месяцев, но многочисленные простои, внеплановые издержки и неприятности могли привести к катастрофе утраты экспонатов, которую удалось предотвратить.

Министерство обороны, будучи заказчиком, было по определению не подготовлено к такого рода проектам и отдало все на откуп исполнителю. Погрузившись в проектную, транспортную и логистическую составляющую заказа, я упустил из виду имиджевую сторону проекта.

Противники переезда как раз и сконцентрировались на дискредитации задачи. Любой наш самый незначительный промах становился достоянием общественности, а достижения и масштаб остались за кадром. Несмотря на то что проект реализован успешно, идет уголовное дело и человек сидит в клетке (речь идет о бывшем директоре Центрального военно-морского музея Министерства обороны России Андрее Лялине — прим. ред.). Второй человек перед вами и пытается отмыться от потока помоев и лжи.

Между тем нами сделано было очень много. Дополнительно мы перемещали экспонаты не только из здания Биржи, но и из главного штаба ВМФ в Москве, из Шлиссельбурга, из кронштадтского Морского собора и провели за свой счет десятки важных мероприятий.

Что касается интересных фактов перевозки, то очень ответственным было перемещение уникальной коллекции из зала Русской славы, где стояли знаменитый ботик Петра I и крупномасштабные модели старинных парусников. Ботик перевозили на низкосидящем трейлере, чтобы не снимать троллейбусные провода. У парусников пришлось предварительно разобрать борта, это было предусмотрено конструкцией.

Можно также отметить перевозку арсеналов. Военные отказались принимать участие в этом, так как у них не было достоверных фактов о том, являются ли боеприпасы полностью безопасными для перевозки. Мы пошли внутрь без саперов. Но посетителям не стоит беспокоиться: рогатые мины и прочее оружие сейчас обезврежены. Долго не могли перевезти баллистическую ракету, но решили и этот вопрос.

В зале Воинской славы была установлена высотная доминанта — копия шпиля Адмиралтейства. Никто не знал, как разобрать и подготовить ее к переезду. Нам пришлось использовать альпинистское снаряжение и буквально повторить ту операцию, которую делали в годы блокады. Сейчас доминанта находится в запасниках.

Интересно было и то, как мы перевозили каяки — байдарки алеутов, которые появились в музее до того, как там были построены новые стены. Нам пришлось разбирать стены и строить заново.

Угнетающе тяжело было в последние дни этого проекта. Беспокойство за сохранность экспонатов, изнурительное общение с хранителями, без одобрения которых нельзя было прикасаться к предметам, подорвали здоровье главного руководителя проекта и стали причиной его смерти.

Мало кто осмыслил то, что было сделано, — самая большая в мире музейная логистическая операция. Если основная коллекция Эрмитажа насчитывает 1,2 млн экспонатов, то мы переместили миллион предметов. По срокам — беспрецедентно. Мы переместили из точки А в точку Б множество экспонатов и не потеряли ни одного. Случайно разбитая гипсовая копия носового украшения клипера „Витязь“, о котором писали все кому не лень, за наш счет и была восстановлена. Больше потерь не было.

Переезд как таковой — это 4% в денежном выражении от общего бюджета. Остальные 96% — это реставрация, каталогизация экспонатов и создание на площади 35 тыс. кв. метров лучшего в стране общественно-политического центра Минобороны. Это первый музей России, где есть трехмерный кинотеатр. Мы разместили современные тренажеры, систему интерактивного перевода и оснастили центр такой аппаратурой и оборудованием, которые позволили проводить мероприятия высочайшего, в том числе международного, уровня. Мы изучили лучшие военно-морские музеи планеты и сделали не менее впечатляющий проект при весьма стесненном бюджете.

В результате этого проекта лично мне понятно одно: моя компания больше никогда не будет сотрудничать с госорганами».

Для справки:

В начале ноября 2014 года военная прокуратура РФ утвердила обвинение бывшему директору Центрального военно-морского музея Министерства обороны России Андрею Лялину и бывшему руководителю компании «НЕВИСС-Комплекс» Александру Швирикасову в получении взятки, злоупотреблении полномочиями и служебном подлоге. По версии следствия, в декабре 2010 года Минобороны РФ заключило с ООО «НЕВИСС-Комплекс» государственный контракт на выполнение комплекса мероприятий по перемещению фондов и экспозиций ЦВММ с Большой Морской улицы в Петербурге в новое здание, расположенное на площади Труда. По условиям контракта в течение года на основании актов приема-передачи оборудования и приемки оказанных услуг, подписанных господином Лялиным, государство перечислило коммерческой организации 986 млн рублей.

Как считает следствие, значительная часть оплаты была произведена на основании фиктивных отчетных документов. Спустя год после исполнения госконтракта ООО «НЕВИСС-Комплекс» так и не выполнило в полном объеме проектные, монтажные и упаковочно-транспортные работы, а также недопоставило оборудование. По последним подсчетам следствия, государству был причинен ущерб на 647 млн рублей.

Андрею Лялину инкриминировались сразу три статьи: часть 3 статьи 285 Уголовного кодекса РФ («Злоупотребление должностными полномочиями»), часть 6 статьи 290 УК («Получение взятки в особо крупном размере») и часть 2 статьи 292 УК («Служебный подлог»). Бизнесмену Швирикасову предъявлены пособничество (часть 5 статьи 33 УК РФ) в совершении преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 285 и частью 2 статьи 292 УК РФ («Злоупотребление должностными полномочиями, повлекшее тяжкие последствия» и «Служебный подлог…» соответственно).

 

Деньги важнее памяти? На месте исторических зданий построят элитные отели

Аргументы и факты 05.03.2015г.

На днях Совет по культурному наследию города обсуждал судьбу Конюшенного ведомства, расположенного в самом центре Северной столицы. В знаменитом здании, заложенном ещё Петром I, коммерсанты намерены открыть апарт-отель.

В Санкт-Петербурге нависла опасность сразу над несколькими историческими зданиями. Дело в том, что инвесторы хотят приспособить их под современную жизнь. Это значит, что старые стены могут попросту разрушить. Градозащитники, видные общественные деятели бьют тревогу, но силы неравны. Ситуация осложняется тем, что, как правило, документы у застройщиков в полном порядке и на такую реконструкцию они имеют право.

Пожить… в конюшне 

На днях Совет по культурному наследию города обсуждал судьбу Конюшенного ведомства, расположенного в самом центре Северной столицы. В знаменитом здании, заложенном ещё Петром I, коммерсанты намерены открыть апарт-отель, фитнес-клуб, бассейн, спа-комплекс, а под землёй устроить паркинг. В дело они готовы вложить 6,5 млрд рублей. В плане — 59 (ранее 70. — Ред.) двухэтажных апартаментов, в которые и собираются превратить царские конюшни. Инвесторы, правда, обещают минимально вторгаться в исторические галереи, однако такой проект, по мнению экспертов, «полностью уничтожит внутреннее архитектурное пространство памятника». 

А присутствующий на заседании депутат ЗакСа Максим Резник назвал происходящее «историко-культурной эвтаназией». В итоге специалисты идею бизнесменов не одобрили. И хотя вице-губернатор Марат Оганесян заверил, что «правительство Петербурга однозначно учтёт решение совета», чем всё закончится — неизвестно. Выводы градозащитников носят рекомендательный характер, и вряд ли инвестор, который уже потратил на укрепление фундамента 592 млн рублей, так просто отступит от задуманного.

Выдержат ли стены

Аналогичная ситуация и с Военно-медицинской академией. Там вообще должна быть многопрофильная клиника. Масштабная программа одобрена Министерством обороны и руководством города. Сейчас уже идёт проектирование и подготовка к строительству. На площади свыше 130 тыс. кв. м расположатся кафедры разных профилей на 900 коек, 18 операционных, центр анестезиологии и реанимации, аудитории на 1300 человек и т. д. Как указано в официальных бумагах, здесь будут оказывать «медицинские услуги на уровне высочайших мировых стандартов». А лечиться смогут не только военнослужащие, но и жители Петербурга и других регионов России. Всё это хорошо. Вот только выдержит ли такую модернизацию здание XVIII века, построенное в стиле высокого классицизма? Уже первые попытки реконструкции научно-исследовательской лаборатории в феврале этого года привели к серьёзным разрушениям (см. «АиФ-Петербург» № 8). И это несмотря на то, что КГИОП потребовал остановить работы, а в парламенте их назвали «совершенно незаконными». Что же будет, когда реконструкция развернётся в полную силу? 

А вот открыточный Дом книги на Невском проспекте уже отреставрирован. Однако бизнесмены, выполнившие работы на 1 млрд руб. и проплатившие вперёд за весь срок до 2048 года арендную плату (около 350 млн руб.), теперь требуют престижную недвижимость в собственность. Дело дошло до исков и апелляций. На прошлой неделе суд встал на сторону города, однако предприниматели не собираются сдаваться. Сейчас в доме-памятнике функционирует бизнес-центр, и нетрудно предположить, как будет эксплуатироваться один из символов Петербурга, если окончательно перейдёт в руки коммерсантов. 

Блокадники проиграли?

Настораживает и то, что если раньше чиновники шли на диалог с градозащитниками (в результате спасли Лопухинский сад, Баболовский парк. — Ред.), то теперь нередко отмалчиваются или принимают сторону застройщиков. Так, на днях КГИОП официально отказался согласовать экспертизу, признающую памятником Блокадную подстанцию на Фонтанке, 3. Не секрет, что снести это знаковое для города здание и поставить на его месте пятиэтажный апарт-отель давно мечтает одна из серьёзных компаний. Она уже несколько лет назад получила все необходимые согласования, однако выполнить намеченное не успела. В прошлом году эксперты санкт-петербургского отделения Всероссийского общества охраны памятников подготовили заключение, позволяющее включить подстанцию в список «вновь выявленных объектов культурного наследия». От городских властей требовалось на протяжении года или внести её в число памятников, или лишить здание этого статуса. Похоже, выбран последний вариант. 

— Это наглое надругательство над памятью всех павших в битве за Ленинград, над блокадниками, над теми, кто все эти годы пытался сохранить этот памятник блокадной истории, — считает Алексей Ковалёв, депутат ЗакСа. — Никаких правовых оснований для отклонения данной экспертизы у КГИОП не было.

Сегодня подстанция может повторить судьбу исторических корпусов завода «Бавария» на Петровском проспекте. Там тоже сначала речь шла о замене аварийных конструкций, но в итоге всё здание практически снесено. Уже известно, что на расчищенной площадке построят элитное жильё.

 

Восстановление псковских палат подвергли общественному контролю

Хранители наследия. ру 06.03.2015г.

Из Пскова одно за другим поступают оптимистические сообщения о предстоящей в недалеком будущем реставрации древних палат XVII века. Важная деталь: концепции реставрации предварительно публично обсуждаются с экспертами и представителями общественности. Этот опыт, безусловно, заслуживает принудительного внедрения во всех регионах, в первую очередь в Москве.

Научно-методический и экспертный совет при региональном Государственном комитете Псковской области по охране объектов культурного наследия 5 марта обсуждал эскизный проект реставрации объекта культурного наследия федерального значения «Двор Постникова» (ул. Олега Кошевого, 2).

Согласно сообщениям “Псковской ленты новостей”,  в заседании участвовали члены Рабочей группы по общественному контролю сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия.

Проект реставрации Двора Постниковых разработан московским ООО «АРТ-Реставрация» — в рамках реализации совместного проекта Минкультуры РФ и Всемирного банка «Сохранение и использование культурного наследия в России». Проект предполагает реставрацию двух старинных палат (известных как Первые и Вторые) Двора Постниковых “на уровне XVIII века” и размещение в них экспозиций, а также образовательного и информационного центра Псковского государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника.

В Первых палатах Постниковых должны поселиться Музей книги и Музей истории Пскова. Вторые палаты вместят музейный образовательный и информационный центр.

Специалист «АРТ-Реставрации» Наталья Сорокина поведала собравшимся, что точная датировка палат Постникова науке пока не известна. Условно принято считать, что они относятся к рубежу XVII-XVIII веков.

Главный архитектор проекта Александр Волков заверил, что фундаменты и конструкции памятника, по данным исследований, в удовлетворительном состоянии. Правда, «есть два плохих места — фрагментарный обвал стены по южному фасаду и намокание западной стены». Процент сохранности исторических конструкций в здании, по словам архитектора, «очень высокий».

В ходе исследования Первых палат Постниковых обнаружены не известные ранее два подвальных помещения, дверные и оконные проемы. Деревянные перекрытия в здании, по словам архитектора Волкова, в аварийном состоянии, поэтому предстоит решать – делать их заново или восстанавливать каменные своды.

Во Вторых палатах Постниковых при исследовании реставраторы нашли вход в подвальное помещение, вскрыли древние окна, внутристенную лестницу и даже “замурованные в стену первоначальные помещения нужника, в которых сохранились почти все деревянные аксессуары”. Предполагается восстановление Вторых палат в первоначальном виде, расчистка помещений от поздних перегородок, демонтаж поздних печей, сооружение высокой черепичной кровли и восстановление ворот.

Председатель Государственного комитета Псковской области по охране объектов культурного наследия Елена Яковлева в качестве недостатка проекта отметила отсутствие археологического исследования, которое позволило бы точно датировать объект. Также она призвала музей-заповедник сохранить вскрытые в палатах нужники и включить их в экспозицию, “но без приспособления”.

Председатель Псковского регионального отделения ВООПИиК Ирина Голубева заметила, что в проекте не хватает точной датировки и картограмм строительной периодизации: «XVIII век пока ничем не обоснован».

В результате было решено рекомендовать авторам проекта подготовить четкие обоснования датировки памятника. скорректировать предмет охраны с учетом результатов исследований, а также создать особую рабочую группу методсовета для исследования объекта на месте. В ближайшие две недели псковичам должны представить проект приспособления палат Двора Постниковых.

Ранее псковские СМИ сообщали, что два других знаменитых городских памятника гражданской архитектуры, одолеваемых разрухой — Дом Печенко и Солодежня — в ближайшее время будут реставрированы и станут туристическими объектами.

Они переданы в оперативное управление федеральному Агентству по управлению и использованию памятников истории и культуры (АУИПИК). 

 

Самарская прокуратура нашла более 200 нарушений закона об объектах культуры

Коммерсант 02.03.2015г.

Прокуратура Самарской области выявила свыше 200 нарушений законодательства об объектах культурного наследия, сообщает в понедельник пресс-служба ведомства.

«Прокуроры городов и районов области за 2014 год и истекший период текущего года выявили свыше 200 нарушений законодательства об объектах культурного наследия», — говорится в сообщении.

Как сообщает пресс-служба, при осмотре объектов культурного наследия прокуроры обнаружили многочисленные нарушения. В частности, владельцы памятников не регистрируют права собственности на них, не выполняют работы по их сохранению.

Прокуроры установили многочисленные факты проведения археологических исследований, ремонтно-реставрационных работ, монтажа вывесок без согласования с контролирующими органами.

Прокуратура Самары обнаружила, что не оформлены охранные обязательства в отношении 794 объектов культурного наследия федерального и регионального значения, выявленных объектов культурного наследия, находящихся в муниципальной собственности городского округа Самара.

Всего на территории Самарской области находится 704 объекта культурного наследия (здания и сооружения 438), из них 82 объекта культурного наследия федерального значения. Кроме того, на территории области расположено 2234 выявленных объекта археологического наследия и 1025 выявленных объектов культурного наследия.

 

Дорога к Храму через Свияжск Почему Минтимеру Шаймиеву не давали покоя два древних памятника на берегу Волги Российская газета 06.03.2015г. В 2010 году, покидая пост президента Татарстана, Минтимер Шаймиев сделал довольно неожиданное заявление о том, что намерен заняться восстановлением двух уникальных татарстанских памятников федерального значения — древнего городища Болгара, где в 922 году предки татар волжские булгары официально приняли ислам, и острова-града Свияжска — форпоста Ивана Грозного для взятия Казани. Вскоре в масштабное дело была вовлечена вся республика, а следом крупнейшие компании страны и известные российские меценаты. Аккумулировал их силы и средства республиканский фонд «Возрождение», учрежденный первым президентом РТ. Корреспондент «РГ» встретился с государственным советником РТ Минтимером Шаймиевым и выяснила, как продвигается проект, ставший делом его жизни после президентства. Минтимер Шарипович, как родилась идея восстановления Свияжска и Болгара? Почему именно эти памятники? Минтимер Шаймиев: Нельзя сказать, что идея возникла в одночасье. Все происходило постепенно. В последние годы люди, как бы они ни жаловались на те или иные недостатки, жить стали лучше. А когда качество жизни повышается, крыша не течет, на столе есть хлеб, ты сыт, обут и одет, на первый план выступают другие ценности. Мне эти памятники давно не давали покоя. Болгар — X век, очаг исламской цивилизации на территории нынешней России. Свияжск — XVI век, уникальная крепость, величавые храмы. Это уже православная цивилизация. И оба памятника расположены на красивейших берегах Волги, там, где проходили древние торговые пути. Всегда хотелось за них взяться, но не получалось. Порой спрашиваю себя: «Почему же ты, товарищ Шаймиев, столько лет работал президентом Татарстана и этим не занимался?» Объективно это было невозможно. При текущей деятельности всегда денег и времени не хватает. Утром пришел — на столе ворох документов, одни проблемы, которые нужно срочно решать. А сейчас, сидя в служебном кабинете, заваленном книгами, задумываюсь, хорошо, что еще осталось время на восстановление Болгара и Свияжска. Иначе так и ушел бы в иной мир, не соприкоснувшись с этими вечными ценностями. Вот так, пожалуй, и скажу: и общество созрело, и я созрел. Еще до ухода с поста президента Татарстана осенью 2009 года я Владимиру Владимировичу сказал, что есть кое-какие мысли, надо бы обсудить. Он тогда возглавлял правительство РФ. Помню, назначил мне встречу на 18 часов 30 декабря в Кремле. Вот тогда я изложил наш проект восстановления Болгара и Свияжска на паритетной основе. Это же федеральные объекты. Мы договорились, что ежегодно 400 миллионов рублей выделяет федеральный бюджет, 400 — татарстанский. В каком состоянии были Свияжск и Болгар на тот момент? Как они изменились за пять лет? Минтимер Шаймиев: Ситуация была тяжелая. В год на объекты выделялось 18-20 миллионов рублей. Этого не хватало даже на то, чтобы мало-мальски приостанавливать разрушение памятников. Там ведь и масштабы-то какие! Болгарское городище — 400 гектаров, Свияжск — 64 гектара. Хорошо еще, что какой-то штат сотрудников сохранили. На острове Свияжске, например, не было ни газа, ни энергии, ни воды. Особенно жителям нелегко приходилось. Мы построили все коммуникации. Людей из монашеских келий переселили в новые дома. Представляете, они жили в заброшенных братских корпусах! Они же вообще ничего в жизни хорошего не видели. Старшее поколение работало в учреждениях ГУЛАГа, психбольнице, заведении для трудных детей. Подобное всему тому, о чем писал Солженицын, было сконцентрировано в Свияжске. На сегодняшний день на обоих комплексах создана вся инфраструктура. В Свияжске нам удалось, образно говоря, все храмы поставить на ноги. Недавно после реставрации был открыт красивейший собор Всех Скорбящих Радости. В Болгаре поставлен Памятный знак в честь принятия ислама волжскими булгарами в 922 году, построена Белая мечеть, создан Музей Болгарской цивилизации, который мы совместили с речным вокзалом. Были ли сделаны интересные археологические открытия в процессе восстановления памятников? Клады находили? Минтимер Шаймиев: Мы за этот период в Болгаре открыли шесть мавзолеев. И золотые коллекции, конечно, находили, они в основном Золотоордынского периода. Обнаружили захоронение дочери или жены хана с украшениями. А в Свияжске тысячами находят серебряные и бронзовые монеты и различные артефакты. Важно, что изучается культурный слой. Сейчас у нас КФУ такие технологии применяет! В скором времени мы сможем увидеть 3D-модель древнего Болгара. Недавно Болгар был включен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Что для этого потребовалось сделать? С какими трудностями столкнулись во время продвижения объекта? Минтимер Шаймиев: Мы много советовались с экспертами, среди них Мунир Бушенаки, бывший директор Международного исследовательского центра по сохранению и реставрации культурных ценностей, специалист мирового значения. Как я уже говорил, работал и международный экспертный совет. Но, несмотря на это, претензий у представителей Комитета Всемирного наследия поначалу было немало. Не понравилось, что мы сделали защитное сооружение — купол над руинами Ханского дворца. Кстати, очень затратный проект. Говорили, что он затмевает памятник. Но ведь руины — это сохранившийся фундамент некогда роскошного Ханского дворца, и его надо было как-то сохранить. На Западе они с такими проблемами не сталкиваются, там климат другой. Но, коли объект открыт, надо его защищать. Было недопонимание у экспертов и по поводу Белой мечети. Мол, поставили новодел. Во-первых, ее построили за пределами исторического вала. Во-вторых, Болгар является местом паломничества мусульман. Со всей России и СНГ люди туда приезжают. А у нас, по сути, шесть месяцев зима. Вот и получается, что коврик для намаза положить некуда. На Аравийском полуострове, там, где зарождался ислам, скорее всего, никто и не представлял, что на планете есть такие места, где по полгода лежит снег. Да и в сурах Корана снисхождения для жителей северных стран не прописано. И когда эксперты приехали в Болгар зимой, я спросил их: «Может быть, вам постелить коврик прямо на снег, будете читать намаз на ветру?» Они на меня как на ненормального посмотрели. Место святое! Люди приехали помолиться, а где? И не случайно мы выпустили презентационный альбом о Болгаре — «Ислам на снегу». Это очень мощная идея. В прошлом году его показали представителям Комитета Всемирного наследия на заседании в Дохе, столице Катара, где обсуждался вопрос о включении Болгарского комплекса в список. Заснеженный Болгар произвел на них сильное впечатление. Там был еще важный момент, мы поменяли критерий в своей номинации. Доминирующей стала не историко-культурная, а духовная составляющая Болгара. Так музейный комплекс вошел в список ЮНЕСКО. А каковы шансы у Свияжска попасть в заветный список? Минтимер Шаймиев: Изначально Свияжск мы подготовили к номинации «Историко-культурный и ландшафтный комплекс». Но это оказалось спорным: остров образовался в результате создания Куйбышевского водохранилища в 1950-х годах. В результате мы отозвали досье музейного комплекса для дальнейшей доработки. Сейчас специалисты советуют нам сделать акцент на храмы, в первую очередь на Успенский собор 1556 года. Там сохранились редчайшие фрески: святой Христофор с лошадиной головой, первое прижизненное изображение Ивана Грозного. И технология росписи уникальная. Толстенные тома материалов по Свияжску подготовлены. Сегодня в ЮНЕСКО серьезное внимание уделяется управлению памятниками. Это новое требование, так как они сталкиваются с проблемой их сохранения. Где-то войны идут, происходит разрушение. Объект, включенный в список, не должен зависеть от капризов какого-то правителя. Вдруг ему очень понравится это место? Сейчас я как опытный чиновник уже понимаю, что такие объекты надо оберегать прежде всего от нас, власть имущих.

Екатеринбург лишился очередной усадьбы XIX века

ИА REGNUM 09.03.2015г.

Екатеринбург в ночь на 8 марта лишился очередной усадьбы XIX века. В этот раз была снесена лавка Поклевских-Козелл, передаёт корреспондент ИА REGNUM.

Как отметил общественник Олег Букин, дом находился на улице Чернышевского, 3. «Благодаря тотальному дежурству и наблюдению нам удалось вовремя обнаружить подготовительную активность и вызвать полицию. Однако, если полиция останавливала снос 2 раза (в январе), то на этот раз она этого не сделала. Тем не менее подъехавший наряд все-таки изначально остановил работы. Мы показали соответствующие предписание и письмо МУГИСО. Далее я сел в полицейскую машину и поехал в участок давать объяснения. На месте остались коллеги по ВООПИиК», — пояснил Олег Букин.

Но буквально через минуту коллеги связались с ним и сообщили, снос возобновился. Полицейские потребовали от представителя застройщика остановить работы. Это было сделано. Однако в полиции застройщик показал письмо министерства по управлению государственным имуществом Свердловской области от 5 марта, согласно которому основания для включения объекта в перечень выявленных памятников отсутствуют. Работы были возобновлены, и объект снесли.

«Причина сноса не в том, что памятник не прошел (законно или незаконно) сито выявления в соответствии с новыми поправками в Закон, а потому что Мингосимущество проигнорировало, что объект недвижимости уже обладает статусом выявленного памятника, и рассматривало его только как объект, обладающий признаками объекта культурного наследия. И это тянет на бездействие», — считает Олег Букин.

Он напомнил, что в МУГИСО общественники ранее представили документы о том, что постройка по Чернышевского, 3 находится в границах территории усадьбы Поклевского-Козелл, главный дом которой принят на государственную охрану, а охранный статус распространяется на всю территорию.

 

ДВФУ выставил на торги четыре новых объекта во Владивостоке на общую сумму 1 млрд. рублей

VL.ru 03.03.2015г.

Четыре новых аукциона  от ДВФУ появились на электронной площадке Roseltorg.ru. Общая начальная стоимость лотов превышает 1 млрд. рублей. С молотка уйдут здания и помещения на Мордовцева, 12, пр-кте Красного Знамени, 66, Экипажной, 18Б и Адмирала Фокина, 26. Также университет продлил прием заявок на участие в торгах по помещениям на Светланской, 165.

Накануне, 2 марта, на электронной торговой площадке Roseltorg.ru появились четыре новых аукциона на продажу материкового имущества ДВФУ.

Самым дорогостоящим объектом среди них является бывший факультет Менеджмента и бизнеса ДВГУ по адресу ул. Мордовцева, 12. Шестиэтажное здание в самом центре города общей площадью 8 344,9 кв. м выставлено на аукцион за 431,7 млн. рублей, что составляет порядка 51 тысячи рублей за квадрат. Торги пройдут 20 мая.

Второй лот – первые восемь этажей десятиэтажного здания по адресу пр-кт Красного Знамени, 66. Площадь имущества – 8 136,6 кв. м, начальная цена – 333,9 млн. рублей. В переводе на квадратные метры – 41 тысяча рублей за единицу площади. Дата проведения аукциона – 28 мая.

Также в числе новых лотов на торги выставлено здание бывшего Кораблестроительного института ДВГТУ по адресу ул. Адмирала Фокина, 26. Четырехэтажное здание 1900 года постройки площадью 4751,7 кв. м будет торговаться начиная с цены 225,1 млн. рублей, стоимость квадратного метра – 47,3 тысячи рублей. Победитель аукциона станет известен 23 апреля.

Заключительный лот в пуле – нежилые помещения в здании по адресу ул. Экипажная, 18Б. Цокольный и технический этажи общей площадью 1792,5 кв. м выставлены на торги с минимальной ценой 93,8 млн. рублей. Таким образом, цена квадратного метра этого не самого привлекательного из перечисленных лота оказывается самой большой – 52,3 тысячи рублей. Дата аукциона по объекту – 23 апреля.

Минимальная стоимость всех выставленных на торги зданий и помещений составляет 1,0845 млрд. рублей.

Предыдущие два лота, выставленные университетом на торги, должны были уйти с молотка еще в конце февраля. Однако университет продлил сроки приема заявок на участие в аукционе. Таким образом, актуальными до сих пор остаются нежилые помещения по адресу ул. Светланская, 165. Они будут торговаться двумя лотами: «номера на поэтажном плане 1-6, 19, 20» площадью 310 кв. м предлагаются по начальной цене 14,1 млн. рублей. «Номера на поэтажном плане 22-23» площадью 108,5 кв.м. выставлены за 4,7 млн. рублей. Новая дата торгов по этим лотам – 23 марта.

Напомним, за минувшие полгода университету удалось продать на аукционах три объекта на материке на общую сумму 295,2 млн. рублей. Историческое здание на Пушкинской, 41 было продано в ноябре прошлого года за 83,3 млн. рублей, бывший спортивный корпус ДВГТУ на Володарского, 3А ушел с молотка за 98,4 млн. рублей. Особняк на Пушкинской, 37А стал самым маленьким по площади и самым дорогим объектом материковой недвижимости ДВФУ среди проданных на открытых аукционах. В конце января он ушел по тройной цене – 113,5 млн. рублей (211 тысяч рублей за кв. м).

 

Геростратовский зуд (новый мэр планирует уничтожить исторический центр Ростова-на-Дону).

Памятники Дона 27.02.2015г.

Мы много чего нелицеприятного говорили и писали о бывшем ростовском мэре М.Чернышёве. И ни от ничего сказано или написанного мы не собираемся отказываться. Мы только боимся, как бы нам не пришлось говорить и писать ещё более нелицеприятные вещи о новом ростовском градоначальнике. А ведь поначалу была надежда… Будучи вице-губернатором, непосредственно курирующим дела в донской столице, г-н Горбань часто появлялся на её улицах с различными инспекционными поездками, и ставил во время этих поездок проблемы, многие из которых нам очень близки: точечная застройка, состояние зданий в историческом центре, сохранение парков, непродуманная организация движения транспорта и др. И когда г-н Горбань, как говорится, «вступил в должность», мы осторожно надеялись, что, понятное дело, не сразу и быстро, но хотя бы последовательно и настойчиво, всё эти проблемы начнут решаться. Но вот новый мэр уже отметил пресловутые «сто дней», а эти проблемы не что не начинают хоть как-то решаться, а они уже новым мэром вроде и проблемами не воспринимаются, а то и  – наоборот, – большими достижениями. Самый сокрушительный удар по нашим надеждам был нанесён во время встречи ростовского мэра с журналистами 17 февраля. Там, конечно, было затронуто много тем. И мы не берёмся судить о всех. Но о некоторых из них не можем не набраться смелости и сказать всё, что по их поводу думаем. Потому что проблемы старые, сердце за них болит давно, и всё, что было по их поводу сказано ростовским градоначальником, эту боль только усиливает. Начнём с самой простой проблемы, уже «нашедшей самый живой отклик» у ростовчан – решение о ликвидации трамвайного сообщения на ул. Станиславского. По этому поводу уже много чего было сказано. О глупости этого решения с точки зрения экологии, удобства жителей Ростова, организации движения транспорта в историческом центре… Мы со всем этим согласны: из исторического центра надо выводить автотранспорт, особенно частный, и максимально развивать общественный, особенно электрический. Это, как говориться, «азы современного цивилизованного города». Именно по этому пути идут уже не одно десятилетие сотни, если не тысячи, европейских городов. Мы хотим обратить внимании на несколько примечательных аргументов этого решения. Первый: «просят жильцы домов» на этой улице. Шум, вибрация и прочие неудобства. Аргумент не серьёзный, потому что, во-первых, именно та самая реконструкция трамвайных путей, от которой отказывается администрация Ростова, и является решением этих проблем. А, во-вторых, когда со Станиславского уберут трамвай, и по этой улице хлынет нескончаемый автомобильный поток, периодически и постоянно превращающийся в непробиваемые заторы, — шума и вибрации будет не меньше, а вот вони, гари и прочего гораздо больше. Второй аргумент  – «такая реконструкция потребует неоправданно больших капиталовложений», — кажется более серьёзной. Пока мы просто просим Вас обратить внимание на главную причину этой дороговизны – особенности почвы, которая к тому же «подпирается» близким расположением грунтовых вод. И именно работы по укреплению грунта составляют один из главных элементов, удорожающих проект. Кроме того учитывая состояние большинства домов на улице, вместе  с работами по усилению грунтов, надо будет проводить и капитальный ремонт зданий. А ещё придётся переделывать все коммуникации. И всё это, как подсчитали, может обойтись в «кругленькую сумму». Но, ведь, на переделку трамвайных путей на ул. Горького потратили гораздо больше. Чем Станиславского хуже Горького. По мне, так лучше: и сама улица и трамвайный маршрут представляют бо’льшую историческую ценность. Но дело даже не в этом. Почему все расходы «вешают» на этот самый несчастный трамвай? А что если откажутся от трамвая на Станиславского, там  больше и коммуникации менять не будут, и дома не будут ремонтировать? Эта самая Станиславского «задействована» не в одной городской программе: «реконструкции исторического центра», «ремонта фасадов», «ветхого жилья» …свои планы на неё есть и у «дорожников». Не говоря уже о специальной программе для самой ул.Станиславского, о которой уже год как говорят. И на каждую из этих программ выделены немалые деньги. Если «собрать в кучу» – с лихвой хватит. Кому нужна эта делёжка по принципу «каждой сестре по серьге». Не правильнее ли будет собрать эти уже определённые средства вместе и сделать действительно современную комплексную программу развития улицы. Но так, видно, «не интересно». Каждый департамент должен получит свою долю для распила. Да и, когда всё так «раскидано», легче и этот самый распил скрывать. Уже когда мы собирались «выкладывать» эту статью на наш сайт, пришло сообщение, что всё-таки от бредовой идеи убрать трамвай со Станиславского отказались. Но, что примечательно. К этому решению ростовского градоначальника подтолкнули «старшие товарищи» в лице Губернатора. И приемлемое для всех решение вмиг нашлось. О чём этого говорит? О том, что само решение о ликвидации трамвая на Станиславского было чисто волюнтаристической фантазией г-на Горбаня, ничего общего не имеющей ни с интересами города, ни его жителей (рассуждения о причинах такого волюнтаризма «оставим за скобками»).

 

Донская столица теряет исторический облик

В центре города снесли здание Ростовской студии кинохроники

Независимая газета 04.03.2015г.

В центре донской столицы разрушено историческое здание Ростовской студии кинохроники, построенное выдающимся архитектором ХХ века Львом Эбергом. Трехэтажное кирпичное строение было украшено барельефами работы известного скульптора Виктора Баринова. В Южном федеральном округе это было единственное кинопредприятие.

За 86 лет существования студия выпустила более 300 фильмов и свыше 3 тыс. номеров киножурналов. В ней работали такие мастера операторского искусства, как Борис Маневич, Леон Мазрухо, Кенан Кутуб-заде, прославившиеся съемками, сделанными во время Великой Отечественной войны. Здание студии было построено в 1952 году на старейшей улице – Скобелевской (сейчас Красноармейская). В 2013 году его продали по цене элитной московской квартиры – за 53,8 млн руб. – бывшему вице-губернатору Краснодарского края Алексею Агафонову.

Как сказал «НГ» руководитель отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК) Александр Кожин, в Ростове снос исторических зданий – обычное дело, такое же как в Питере или Москве. Здание кинохроники было интересным с исторической и культурной точек зрения объектом, который нужно было сохранить вне зависимости от того, имеет ли оно статус памятника или нет, уверен Кожин. По его словам, первые лица города должны были способствовать этому, если они действительно хотят сохранить исторический облик центра Ростова.

Бывший сотрудник киностудии, член Союза кинематографистов РФ Игорь Дауров рассказал, что еще за несколько лет до аукциона общественность города повела активную борьбу за сохранение Ростовской киностудии. Но активистов никто не хотел слушать, хотя есть федеральный закон, защищающий объекты культуры, которые находятся в регионе в единственном числе. «Мы получали лишь отписки чиновников», – говорит Игорь Дауров.

Защитники памятников обратились в областное Министерство культуры с просьбой признать здание памятником архитектуры, ведь дом, по мнению экспертов, является ярким образчиком советской неоклассики, которая была так популярна в послевоенные годы в Ростове. По словам Александра Кожина, в начале февраля был получен ответ от региональных чиновников, в котором сообщалось, что министерством будет организована работа с целью принятия решения о включении либо отказе во включении здания в перечень выявленных объектов культурного наследия. Однако собственник оказался расторопнее – за считаные дни снес здание.

На сайте администрации Ростова появилось сообщение, в котором подтверждено, что разрушение согласовано собственником с властями. На месте бывшей киностудии появится семиэтажное нежилое здание, которое «впишется в окружающую застройку и украсит одну из центральных улиц города». Кроме того, по словам директора городского департамента строительства Андрея Дикуна, здесь будут воссозданы отдельные элементы фасадной части Ростовской киностудии.

По мнению ростовского политолога Григория Бочкарева, в донской столице вот-вот совсем исчезнет дух старого купеческого города. «В погоне за большими барышами хозяева нынешней жизни походя стирают с лица земли здания, которые придают Ростову особый колорит, – говорит эксперт. – И никому нет дела до морали». Как сказал «НГ» Александр Кожин, участь здания кинохроники могут разделить и многие другие дома старого Ростова, в отношении которых нет «бумаги» о том, что они являются памятниками истории и культуры.

 

Минкультуры предлагают создать управление древностями Крыма

Депутат Госдумы считает необходимым учредить отдельное ведомство, отвечающее за археологические исследования на полуострове

Известия 06.03.2015г.

Депутат Госдумы Роман Худяков направил обращение в правительство и Министерство культуры Российской Федерации с просьбой рассмотреть возможность создания управления древностями Крыма (текст имеется в распоряжении «Известий»). По мнению парламентария, такая мера может спасти культурное и историческое наследие полуострова от разграбления и непрофессионального использования. Предполагается, что структура будет создана по аналогии с управлением древностей Израиля, которое регулирует раскопки и консервацию объектов, а также способствует археологическим исследованиям.

В обращении указано, что бездействие и отсутствие внятного регулирования в отношении разработки археологических объектов может привести к невосполнимым потерям для фондов государства. Известно, что на полуострове в разные исторические периоды находились поселения греков, готов и скифов, которые оставили после себя большое количество исторических артефактов. Часть уже открытых находок была подвергнута разграблению как «черными копателями», так и официальным Киевом. И для того, чтобы прекратить дальнейшее уничтожение культурно-исторического пласта, необходимо создать профильный административный аппарат. 

По предложению депутата, по аналогии с израильским ведомством управление древностей должно будет делиться на подразделения, отвечающие за два федеральных субъекта — Крым и город федерального значения Севастополь. В функции нового органа будут входить регулярный контроль за памятниками древности, утверждение планов развития и ​​мониторинг выполнения работ по спасению и консервации археологических находок, а также раскопок, инициированных научно-исследовательскими учреждениями. Кроме того, подразделения смогут проводить собственные раскопки с помощью постоянного персонала и временных работников, включая работу по оформлению результатов раскопок и представлению их к публикации.

Структурно каждое подразделение должен возглавить археолог, который будет курировать команду инспекторов, отвечающих за конкретные территории. В состав управления также войдут отделы с профильной спецификой, такие как отдел по раскопкам, отвечающий за выдачу лицензий и разрешений на раскопки, а также за связи с научными археологическими учреждениями в Российской Федерации и за рубежом, отдел находок, отвечающий за артефакты, найденные при раскопках и другой археологической деятельности, и их сохранение, а также отдел консервации, отвечающий за сохранность древних построек и археологических объектов в Крыму. 

Кроме того, предполагается, что в сферу деятельности управления будет входить регистрация всех находок, их описание и создание центральной базы данных, консультирование музеев и организация выставок, публикация результатов научной деятельности управления древностей — раскопок, обследований и исследований, чтобы довести их до сведения научного сообщества в Российской Федерации и за рубежом.

Таким образом, надеется парламентарий, удастся сохранить национальные ценности. Более того, Роман Худяков уверен, что положительный опыт работы управления сможет расширить его деятельность на территорию всей России, где в этой сфере существуют проблемы.

Чтобы оценить масштабы значения артефактов Крыма, можно вспомнить «Золото скифов», которое незаконно удерживается в Голландии, — и это лишь часть исторических ценностей, которые были открыты. В начале 2014 года, еще до воссоединения Крыма с Россией, коллекция, включающая более 2 тыс. предметов, была передана в Амстердам Украиной. Большая часть экспонатов были взяты именно из крымских музеев — Керченского историко-культурного заповедника, Бахчисарайского историко-культурного заповедника, севастопольского Национального заповедника «Херсонес Таврический» и Центрального музея Тавриды в Симферополе.

Роман Худяков уверен, что необходимо уже в ближайшее время начать формирование нового института, поскольку полуостров перестраивается, идет промышленная модернизация и возведение крупных строительных объектов. Всё это может сыграть негативную роль для сохранности исторических артефактов.

— Произведения искусств и предметы древности всегда являются для любого государства показателем престижа, своеобразной визитной карточкой. Западные страны прекрасно понимают это и первым делом в случае военного вторжения в чужую страну они бегут грабить музеи, а уже только потом берутся за нефть. Мы же преступно спокойно относимся к историческим ценностям — наши музеи получают скромное финансирование, археологические экспедиции зачастую ведут волонтеры, которые не всегда имеют навыки в раскопках. Воссоединение с Крымом является хорошим поводом задуматься об этом, — отметил парламентарий.

Роман Худяков считает, что чиновники должны помнить не только об энергетике или прокладке газовых труб, но и о культурной составляющей. По его мнению, роль предлагаемого им управления со временем должна быть расширена и оно должно будет заняться не только сохранением исторических артефактов, но и пересмотром сделок по коллекциям, заключенным во времена большевистского переворота и в 90-х годах прошлого века. 

— Мы должны оперативно отреагировать на сложившуюся ситуацию в Крыму, и в первую очередь на это направлено мое обращение. Но если говорить более широко, то вмешательства требует не только Крым, но и вся остальная Россия. Нам нужно приводить в порядок данную деятельность и сконцентрировать ее в одном органе, чтобы ответственность не была раскидана по различным институтам. Кроме того, когда будет создана единая база, можно вспомнить и про те коллекции, которые были вывезены за пределы России во время так называемой революции и криминальной вольницы 1990-х годов, — добавил депутат.         

Коллегу по фракции поддержал депутат Андрей Свинцов. По его мнению, инициатива Худякова своевременна, поскольку именно сейчас, пока Крым не вошел в фазу грандиозных строительных объектов, нужно определить, где именно и как они должны возводиться с учетом сохранения древностей. 

— К сожалению, в угоду каким-то сиюминутным, пускай даже очень важным, проектам могут быть затронуты уникальные объекты культурного и исторического наследия. Поэтому создание управления древностей отвечало бы современной ситуации. Туда можно было бы позвать специалистов, как российских, так и международного класса, которые знают всю эту специфику, и как можно быстрее начать работу в этом направлении. Очень важно установить зоны охраны — как мы знаем, при переходе Крыма в состав России многие ведомства фактически с нуля создавали документооборот, потому что украинская власть всё это уничтожила. А без внятного понимания таких зон мы можем просто похоронить целые культурно-исторические пласты, — заявил парламентарий. 

Представители археологического сообщества считают, что не только Крым, но и вся остальная Россия нуждаются в предлагаемом депутатом подходе. Член-корреспондент Германского археологического института, профессор Владимир Кузнецов уверен, что если создавать такое управление, то это нужно делать не на уровне субъектов, а на федеральном уровне.

— Крым очень богат археологическими памятниками, но не менее ими богат Краснодарский край — там памятники исчисляются уже не десятками, а сотнями тысяч. Почему тогда Краснодарский край нельзя защитить? Там точно так же грабят. Причем «черные копатели» находят ценности мирового уровня, которые ничем не хуже того «скифского золота», что было вывезено в Голландию. Я сейчас работаю на Таманском полуострове, а это как раз напротив Крыма, и там просто сосредоточение памятников античной цивилизации. И самое ужасное, что их просто внаглую грабят. Поэтому это стратегическая задача государства, и выделять особняком Крым я бы не стал, а сделал управление древностей федеральным, — подчеркнул Кузнецов.

В Министерстве культуры РФ сообщили, что в соответствии с переданными полномочиями функции государственной охраны объектов археологического наследия на территории Республики Крым осуществляет Государственный комитет по охране культурного наследия Республики Крым. В формировании дублирующей структуры нет необходимости.

Министр культуры Крыма Арина Новосельская пояснила «Известиям», что в случае создания управления им придется работать вместе или интегрироваться. Что касается строительства в Крыму, то, по мнению министра, оно нисколько не вредит археологическим объектам. 

— В Республике Крым отдельно от министерства культуры существует комитет по охране культурного наследия. То есть в федеральном ведомстве эти функции слиты, а у нас комитет — это самостоятельная структура. Таким образом, если вопрос этот будет рассматриваться, то управление древностей будет находиться в компетенции этого комитета, — заявила Арина Новосельская.

Тем не менее эксперты считают, что существующий комитет по охране культурного наследия Крыма не может справиться с поставленной задачей, поскольку в сферу его деятельности входит не только археология — он занимается домами XIX века, мемориальными досками и многим другим, не имеющим к древностям никакого отношения. 

— Его полномочия достаточно скромные и к тому же размазаны по всей стране. А здесь нужен совершенно другой подход, другая насыщенность — это должно быть конкретное профильное учреждение для этих двух субъектов. Это нужно для того, чтобы те уникальные памятники, которые находятся на их территории, сохранялись, приумножались и не терялись в общем потоке, — отметил публицист Егор Холмогоров. 

Пример управления древностей, на который ссылается Роман Худяков, — это израильский департамент и министерство древностей в Египте. Департамент древностей Израиля был создан 26 июля 1948 года. Инициатива по созданию управления древностей Израиля принадлежит генералу Амиру Дрори, который стал его основателем и первым директором, а также получил благословение и поддержку министра образования и пятого президента Израиля Ицхака Навона. За всё время существования структура продемонстрировала эффективную работу, кроме того, результаты исследований и архивы открыты для ознакомления всем заинтересованным лицам, что делает абсолютно прозрачной работу ведомства.

 

Крым — освоение прошлого

Публицист Егор Холмогоров — о том, на каких принципах должна основываться русская археология

Известия 27.02.2015г.

Археологи относятся к своим находкам со смешанным чувством восторга и сожаления. Восторга перед новым открытием и сожалением по поводу того, что открытие зачастую грозит памятнику безвозвратной гибелью. Сколько золота было похищено из кургана Куль-Оба в октябре 1830 года, когда археологи оставили уже вскрытый курган на ночь без охраны! Найденную в Египте мумию знаменитого завоевателя фараона Тутмоса III буквально разрезали на части современные грабители, чтобы добыть зашитые внутри амулеты.

Раскапывая, археолог зачастую уничтожает — такова грустная дилемма этой профессии. В последнее время к обычным археологическим рискам прибавляются еще и политические. На наших глазах извлеченный европейскими исследователями из полного забвения удивительный мир Древнего Востока опять погружается в небытие. Причем уже безвозвратно. Музеи разграбляются — так было и во время американского вторжения в Ирак, и во время египетской «цветной революции». Целые древние города, как прекрасная Пальмира, оказываются в зоне боевых действий в Сирии, и их судьба неизвестна.

По всей Ассирии саргонопад. Боевики ИГИЛ с молотками и дрелями крушат статуи древних ассирийских царей. В воздухе слышится что-то вроде: «Ашшурбанапал лалалалала!», «Синнахерим иди на хурритов!» — и что-то столь же легко узнаваемое. Коллекция музея города Мосула — центра иракского Курдистана, находящегося аккурат посреди древней исторической Ассирии, была разбита на глазах у миллионов пользователей интернета.

Кое-кто выражает робкую надежду, что видео постановочное и разбиты копии,  а подлинники проданы, потому что «не могли же они…». Но нет, как и в сценах игиловских казней в итоге всё оказывается подлинным, так и на сей раз фанатики разбили сами ассирийские статуи, хотя продать часть добычи из-под полы они тоже, разумеется, не прочь.

Но шоу должно продолжаться.

Вскрытие и перевоз европейскими археологами древних памятников часто объявлялись колониализмом и грабежом. И это было в общем справедливо — с одной оговоркой: зачастую это был единственный способ спасти памятники от уничтожения. Древности Ливии, Сирии и Ассирии находятся под прямой угрозой и уже уничтожаются.

Вавилония, Египет, Иордания с Петрой, Тунис с Карфагеном — в зоне серьезного риска.

Под варварство вполне подводится даже определенная философия. В конце 1970-х арабский культуролог Эдуард Саид, живший и работавший в США, выработал целую концепцию «ориентализма». Мол, Запад произвольно конструирует образ и культуру Востока такими, как он хотел бы их видеть, а не такими, каким хочет быть настоящий Восток. Запад выискивает редкости и интересности и не обращает внимания на жизнь как она есть.

И вот «жизнь как она есть» восторжествовала. Сперва светские амбициозные диктаторы вроде Саддама рвались восстанавливать Вавилон и строили зиккураты. Но и они оказались для Востока слишком «западниками». И вот уже «аутентичное» постмодернистское шоу ИГИЛ (наверняка придуманное людьми, читавшими Саида) демонстрирует стремление к «новой простоте», отбивая ассирийским царям голову кувалдой.

«Деколонизация» археологии в зоне политической турбулентности чревата разрушениями, разграблением и потерями. Мы, впрочем, знаем это и на собственном горьком опыте скифских сокровищ Крыма, которые приходится теперь буквально выцарапывать у Голландии с неясной надеждой на успех.

Если бы весь советский период все значительные находки уходили в Эрмитаж — общенациональный центр науки о скифских древностях, то коллизия бы попросту не возникла. Но логика «ленинской национальной политики» вела к тому, что значительная часть находок распределялась между крымскими музеями, в чем своя логика была, и… Киевом, в чем никакой логики не было вообще, кроме той, что Киев был столицей УССР.

Глядя попеременно на происходящее то в Донбассе, то в Ираке, отпадают всякие сомнения, что, доберись вооруженные отряды карателей до крымских сокровищ, они бы беспощадно разрушали всё, что относится к России, — да и не только к ней. Взгляд украинских нацистов на древнюю историю тоже весьма специфичен. Мне вспоминается ответ прежнего украинского директора одного из крымских санаториев, на территории которого расположена римская крепость Харакс.

На предложение археологов возобновить раскопки крепости он меланхолично заметил: «Римляне? Це ж Романови. Це ж оккупанти». Как поступают на Украине с «памятниками оккупантов», мы неоднократно видели в прямом эфире.

А вот нашего видения завтрашнего дня одной из мировых археологических жемчужин пока нет. Что делать со всеми бесчисленными памятниками Древней Греции, Рима, скифов, готов, Византии, открытыми и еще не открытыми в Крыму? Глава республики Сергей Аксенов предлагает «тотальные раскопки» — археологи должны перекопать весь Крым, найти всё, что можно, обрести новые сокровища, создать новые памятники и туристические объекты.

К тому же это раз и навсегда оставило бы без работы «черных археологов», терзающих Крым с самого распада Союза.

Цель амбициозная — и на нее, с моей точки зрения, стоило бы потратиться ну никак не в меньшей степени, чем на дорогостоящие спортивные проекты. Культурный и символический капитал, созданный в результате, был бы гораздо более весомым, чем тот, что оставляет спорт. Это был бы задел на века. Но если бы проблема была только в деньгах…

Есть ли у нас во всей стране столько археологов, которые даже при полной мобилизации готовы провести такие раскопки? Есть ли у нас достаточно специалистов, чтобы разобрать собранный материал, не дать ему повторить судьбу тысяч уже найденных памятников, которые попросту гниют в подсобках музеев? Современная археология — это не извлечение редкостей, это тщательнейший анализ всех найденных вещей, копание в мусорных кучах античных кухонь, анализ полусгнивших зерен на дне амфор.

Только такой сложный анализ делает археологию наукой о прошлом, а не охотой за сокровищами в стиле Индианы Джонса. А у нас на страну всего два археозоолога, за нищенскую зарплату работающих на пределе износа.

Между мечтами и реальностью — пропасть. По одному из прекраснейших пещерных городов Крыма — Эски-Кермену — я бродил в полном одиночестве, в сопровождении лишь двух диких собак. Приехал я туда по совершенно разбитой дороге, так что в какой-то момент водитель попросту высадил меня и бежал. Не было решительно ничего, что могло бы помешать вандалу нанести вред памятникам, и никого, кто бы спас меня от собак, если бы они решили меня съесть.

В Севастополе одержана важная победа в борьбе городских властей с Музеем-заповедником «Херсонес Таврический». Его торжественно слили с единым историческим музеем города, куда собраны и Малахов курган, и музей подполья времен Великой Отечественной. Но в этом ряду памятник античной и византийской древности, входящий в список ЮНЕСКО, выглядит странновато. Горожанам теперь наверняка откроют свободный доступ на пляжи заповедника, а вот заработает ли закрытый уже 10 лет древнегреческий отдел?

Если не мечтать о многом для спасения крымских древностей, как минимум необходимо следующее. Во-первых, нормальный надзор и финансирование уже существующих музеев и памятников и учет их особенностей. Во главе угла должны стоять наука и сохранность.

Во-вторых — жесточайшее соблюдение правил охранных раскопок. Археолог в Крыму должен превратиться по сути в полицейского, без которого нельзя выкопать ни одну яму, заложить ни один фундамент. Причем эту практику надо устанавливать срочно — уже стоит вопрос об охранных раскопках при строительстве Керченского моста, который пройдет аккурат по территории одного из славнейших государств Древней Греции — Боспорского царства. Мост нужно строить быстро — это стратегический вопрос. А значит, копать надо еще быстрее, не жалея средств. Тот же вопрос вскоре встанет и со строительством новых шоссе, которые обязательно нужны в Крыму.

Наконец, в-третьих, Крыму категорически не помешало бы создание Министерства древностей — по образцу Израиля и Египта, причем общего на оба субъекта федерации и обладающего широкими полномочиями. Только административно грамотный и научно компетентный контроль за всеми древностями региона, только сосредоточение планирования в одном месте убережет памятники от небрежения и растаскивания под местные нужды и затейки. Исключит вероятность того, что средства на обустройство древнего городища администрация какого-нибудь поселка потратит на строительство гольф-клуба, который «экономически рентабельнее».

Закончу тем, с чего начал: археология не только открывает, но и разрушает. Раскопать памятник — значит подвергнуть его огромному риску. Там, где просвещение и культура ставятся обществом во главу угла, этот риск, как правило, оправдан. Там, где торжествуют фанатизм, варварство, хищничество, коррупция, памятникам лучше бы пребывать и дальше в земле, пока, может быть, наши потомки не поумнеют. Сегодня от нас зависит, обернется ли археологическое изучение Крыма разрушением или созиданием. 

 

Крым изначальный

Как изменилась жизнь археологов после марта 2014 года

Коммерсант 02.03.2015г.

Крым всегда был не только общесоюзной здравницей, но и полуостровом-музеем. Руины столиц трех царств: Херсонеса, находящегося в черте Севастополя, Пантикапея в Керчи и Неаполя Скифского, расположенного недалеко от современного Симферополя, перешли от Украины к России. Как изменилась жизнь археологов в связи с присоединением Крыма к России, разбиралась «Власть».

Еще до присоединения Крыма российских археологических экспедиций на полуострове было больше, чем украинских. И это учитывая тот факт, что россияне находились там на птичьих правах. Начиная с 2008 года открытый лист, то есть разрешение на проведение археологических раскопок, могли получить только граждане Украины. По мнению сотрудника санкт-петербургского Института материальной культуры Александра Мусина, это обычная мировая практика. В России правила в этом отношении были и остаются идентичными, что теперь уже будет проблемой для украинских историков. Однако большинство отечественных ученых в этом решении украинских властей видели политическую подоплеку. Оно было принято в президентство Виктора Ющенко, который во многом способствовал пересмотру исторической памяти. Несмотря на это украинские археологи, в первую очередь из Киева, оказывались в Крыму в меньшинстве и занимались, в общем, не самой «брендовой» частью крымской археологии — каменным веком. И именно поэтому в этот сезон все археологические памятники, относящиеся к этой эпохе, в Крыму «простаивали» — в подавляющем большинстве киевские исследователи на полуостров не приехали.

И дело не только в том, что ученые таким образом хотели продемонстрировать свое отношение к присоединению Крыма. Те из них, чьи политические взгляды не перевесили научные интересы, просто не смогли вернуться на раскопки из-за оказываемого на них давления со стороны научной среды. По сведениям российских археологов, в этом году в Крым приехал лишь один украинский историк, но его имя не раскрывается, чтобы потом у него не было проблем на работе в Киеве.

Тем не менее ни один памятник, который до этого вели ученые с Украины, не был «захвачен» русскими археологами. «Это часть научной этики,— считает руководитель одного из отрядов, работающих в Херсонесе, Андрей Петроковский,— археолог никогда не позарится на памятник своего коллеги, у которого временно нет возможности с ним работать, никогда не отберет его материал и не опубликует его. Обратной стороной этой этики является мысль, что исследователь не должен ни при каких обстоятельствах оставлять свои раскопки. Хотя, конечно, украинских коллег можно понять. Ведь все, что сейчас происходит в их стране, мы по большому счету уже проходили».

Однако соблюдение этических норм вызывает некоторые трудности. По словам старшего научного сотрудника Института археологии Сергея Внукова, «если запустить памятник, например, на три года — на четвертый можно и не приезжать, его просто разнесут по камешку. Местные жители, в случае если работы на памятнике прекращаются, считают его заброшенным и используют части античных и средневековых каменных кладок в домашнем хозяйстве. Также мы стараемся охватить большую часть сезона, сводя к минимуму, таким образом, потенциальное время работы «черных археологов»». Он убежден, что «наше присутствие в Крыму — это, наоборот, спасение Крыма от археологического мародерства». Но есть и противоположные оценки. Александр Мусин в своей работе «Аннексия Крыма. Голос из Петербурга» назвал крымских археологов-россиян, мародерами, кощунственно грабящими памятники на «оккупированной» территории.

Это создает определенные проблемы: российские и крымские археологи считают неэтичным работать на памятниках, которые раньше вели их украинские коллеги. При этом украинцы работать на них не смогут как из-за формальных ограничений (открытые листы Министерства культуры выдаются только россиянам), так и из-за давления собственной академической среды. Вопрос о том, кто же будет заниматься осиротевшими раскопками, до сих пор остается открытым.

Если запустить памятник, например, на три года — на четвертый можно и не приезжать, его просто разнесут по камешку

Что же касается их крымских коллег, то почти все они остались на месте, чего в принципе и следовало ожидать. Само присоединение Крыма к России внутри академической среды полуострова также оценили положительно. «Крым в подавляющем своем большинстве всегда ментально был российским, и это ни для кого не секрет,— говорит директор историко-археологического музея-заповедника «Неаполь Скифский» Юрий Зайцев.— Все исходящее из Киева здесь всегда воспринималось с различной степенью негатива на всех уровнях — от бытового до официального. Я знаю, о чем говорю, ведь я прожил здесь всю жизнь». В качестве главных позитивных изменений археологии называют увеличение финансирования, которое на самом деле в основном коснулось только размеров зарплаты. В России, как и на Украине, за все постсоветское время финансирование археологических экспедиций только сокращалось, сами раскопки проводили волонтеры, приехавшие в экспедиции за свой счет. Кстати, именно их в этом году было меньше всего: сыграла свою роль сложная транспортная ситуация на переправе и страх перед возможным военным конфликтом с Украиной.

Еще в конце марта прошлого года Херсонес, самый известный древнегреческий город во всем Причерноморье, посетил министр культуры России Владимир Мединский. В администрации заповедника говорят, что ему очень понравился музей, располагающийся на территории археологического памятника. Особенно его заинтересовала выставка «Древний Херсонес в миниатюре», представляющая собрание реконструкций древних зданий города, после чего в твиттере Мединского появилось приглашение всем посетить руины древнегреческого города. Затем он поднял вопрос о необходимости поиска денежных средств на развитие культурных объектов в Крыму (федеральная целевая программа «Развитие Крыма» не предусматривает финансирование этого направления). Однако его министерство, которое теперь занимается организационно-правовым регулированием археологических экспедиций на полуострове, так и не выпустило никаких документов, включавших в себя масштабную программу дальнейшего развития крымских памятников. Получается, об археологии в Крыму наше руководство просто позабыло, что, в общем, странно: там предполагается масштабное строительство, а оно невозможно без заключения Института археологии о том, что на месте стройки археологических памятников нет. А это для Крыма с его богатой историей, восходящей еще к каменному веку, большая редкость. Земля здесь настолько богата следами материальной культуры самых разных эпох, что практически невозможно вскопать огород или обработать виноградник, не наткнувшись на какие-нибудь фрагменты керамики.

Министерство, по словам Мединского, просто не хочет политизировать крымскую науку, и без того испытавшую на себе результаты разрушения традиционных связей с Киевом. Поэтому Минкульт не торопится с определением нового статуса музеев и учебных заведений полуострова. В частности, до сих пор территория Херсонеса называется национальным заповедником, что не соответствует номенклатуре, принятой в российском законодательстве (в России такой памятник считается объектом федерального значения). Российские власти не спешат предпринимать каких-либо действий в этом направлении во многом потому, что это связано с таким деликатным вопросом, как возвращение в крымские музеи так называемого золота скифов. 432 экспоната, принадлежащих крымским музеям, летом 2013 года были отправлены в Голландию на выставку, которая закончилась 31 августа 2014 года, то есть спустя почти полгода после присоединения Крыма. Сейчас борьбу за эту коллекцию ведут Министерство культуры Украины и крымские музеи, Россия формально в проблему не вмешивается. В конце января в Амстердаме начался суд по этому делу, на который пригласили представителей Украины и крымских музеев. Россия в процессе не участвует. Большинство аналитиков прогнозирует, что золото, скорее всего, передадут Киеву.

Неразбериха со статусом научных заведений Крыма порождает огромное количество организационных проблем

Но неразбериха со статусом официальных научных заведений Крыма порождает огромное количество организационных проблем. До сих пор не произошло формального переподчинения научных структур Республики Крым московским научным учреждениям. А это, помимо прочего, ведет к вполне понятной борьбе за директорские кресла внутри крымского научного сообщества. Но об этом археологи говорят вполголоса и явно без всякой охоты. Процесс организационного переформатирования историко-археологических объектов Крыма идет крайне медленно. Только в самое последнее время завершилось переподчинение севастопольских музеев городу (о федеральном подчинении речи пока не идет). Это преобразование было сделано с русским размахом: все севастопольские музеи объединили в один и переподчинили его городским властям. Это в принципе соответствует российской практике, но для крымчан, мягко говоря, в диковинку: теперь и древний Херсонес, и панорама обороны Севастополя являются одним музеем. Решение вызвало бурю негодования среди сотрудников музеев Севастополя, которые критикуют как кулуарность его принятия городским правительством, так и некомпетентность и скоропалительность, с которым чисто научное учреждение музей «Херсонес Таврический» и музей фортификационных сооружений были слиты в одну организацию. Чиновникам эти два музея показались близкими, но по сути и целям это не так. Сотрудники музея недоумевают, как «Херсонес Таврический», имеющий охранный статус ЮНЕСКО, мог стать учреждением городского подчинения. И дело тут не только в оскорблении чувств. Статус ЮНЕСКО музей, ставший де-юре учреждением культуры местного значения, может и потерять. На сайте музея «Панорама Севастополя» выложена петиция президенту России, где не без обиды подчеркивается, что музей «сохранил историческую память в условиях тотальной украинизации».

Богатейшему историко-археологическому комплексу Крыма еще только предстоит выбраться из переходного периода, что усугубляется целым комплексом политических и финансовых проблем. Но большинство ученых, работающих в Крыму, живут в ожидании позитивных изменений.

 

Туристов призывают не ехать в страны, где оскверняют памятники СССР

Антифашистский антимайданный совет составил рейтинг государств с наиболее частыми случаями глумления над историческими ценностями

Известия 04.03.2015г.

Антифашистский антимайданный совет составил топ-10 стран с наиболее частыми случаями осквернения памятников постсоветской эпохи. Первое место в рейтинге заняла Украина, в которой только за 2014 год было подвергнуто надругательству или разрушению около 400 мемориальных объектов. Менее частые, но не менее вопиющие аналогичные случаи в Литве, Латвии, Болгарии и Польше. Авторы рейтинга отмечают, что накануне 70-летнего юбилея победы СССР в ВОВ эти случаи стали особенно часты, что призывает россиян отказаться от поездок в эти страны, а также бойкотировать их продукты питания. Эту точку зрения разделяют парламентарии и эксперты, считающие это очередной попыткой переписать историю победы СССР в войне. 

«Только с начала 2015 года известны случаи осквернения мемориалов в Австрии, где в центре Вены был облит черной краской памятник Советскому воину-освободителю, в Польше, где только за февраль этого года были осквернены могилы на кладбище военнослужащих Красной армии в городе Калиш, разбита памятная плита воинам-освободителям в городе Александрув-Лодзинский, изуродован памятник польским и советским десантникам в Любаше — у статуй солдат были оторваны головы. Снесены три памятника Ленину на Украине», — говорится в предисловии к рейтингу Антифашистского атимайданного совета, авторы которого предлагают россиянам задуматься о причинах происходящего и не допустить уничтожения истории. 

Как отмечают авторы рейтинга, с каждым днем приближения юбилея победы в ВОВ эти инциденты происходят всё чаще, несмотря на принятую ООН резолюцию о борьбе с нацизмом, осуждающую осквернение памятников борцам с фашизмом, а также Конвенцию об охране архитектурного наследия Европы, подписанную большинством европейских стран.

Первое место в рейтинге заняла Украина, где до 2014 года было зафиксировано всего 29 случаев осквернения, но уже за 2014 год разрушено 420 мемориальных объектов. Среди вопиющих случаев Антифашистский антимайданный совет приводит разрисованный свастикой и облитый краской монумент воинам Советской армии в городе Червонограде, осквернение мемориала «Менора» в Киеве, установленного в память евреев, погибших в годы нацистской оккупации, уничтожение мемориальной доски Герою Советского Союза военному летчику Федору Дуднику на Сумщине. 

На втором месте рейтинга Литва, где только за 2014 год было зафиксировано 12 актов вандализма, всего за период постсоветской эпохи — 58. Самый скандальный случай в прошлом году произошел на территории Акмянского района Литвы, где все памятники солдатам, погибшим во время Великой Отечественной войны, были покрашены желтой и синей краской. В конце 2014 года министром культуры Шарунасом Бирутисом (Партия труда) был издан указ, позволяющий отменить юридическую защиту культурных объектов с советскими символами, что дало возможность департаменту культурного наследия в Каунасе одобрить предложение о снятии советской символики с моста Витаутаса Великого. 

Не отстает от Литвы и Латвия (третье место), где произошло около 50 инцидентов, из которых 6 — за 2014 год. Каждый год предметом конфликта в латвийском обществе накануне 9 мая становится судьба памятника Освободителям Риги, который предлагают снести депутаты местного парламента, но не могут это сделать из-за протестов населения. Среди вопиющих случаев осквернения объектов исторического наследия — облитый краской памятник Советским воинам-освободителям — «памятник Алеше» — недалеко от латвийского города Салдус, осквернение в Риге памятника Освободителям Латвии от фашистов, на котором вандалы вывели красной краской на латышском языке надпись «Русские — вон!» и нарисовали свастику. 

Четвертое место за Болгарией: в прошлом году 7 актов вандализма, всего — более 35. Среди последних актов вандализма в Антифашистском совете отмечают: в августе 2014 года неизвестные облили красной краской захоронения советских воинов-освободителей в софийском квартале Лозенец, в ночь на 23 февраля того же года в центре Софии в цвета украинского флага был перекрашен памятник Советской армии. До этого едва удалось отстоять от сноса всемирно известный памятник «советскому солдату Алеше». 

Эстония на пятом месте (за 2014 год — 5 актов вандализма, всего — 31), на шестом — Польша (за 2014 год — 9 актов вандализма, всего — 24). В Эстонии наиболее частым нападкам вандалов подвергается памятник Советскому воину‑освободителю в центре Таллина, известный как «Бронзовый солдат», который неоднократно обливался краской, раскрашивался в цвета эстонского флага. Также нападкам подвергались памятники и в других городах Эстонии — Хаапсалу, Валге, Пярну, Тарту, Каарме, в поселке Тууди и на острове Сааремаа.

Особым варварством отличаются акты вандализма в Польше: у скульптур отрывают головы и руки (Любаш), разрушают надгробия, обелиски и памятные доски на кладбищах — в ноябре 2012 года в Войчеховицах возле Остроленки было разрушено 6 захоронений, в июне 2014 года на воинском кладбище в городе Згеж хулиганы свернули 11 надгробных плит.

В порядке убывания в рейтинге стоят Венгрия (седьмое место — всего 15 актов вандализма, из которых 4 — за 2014 год), Германия (восьмое место — более 10, из которых 5 — за 2014 год), Австрия (девятое место — 7, из которых 3 — в 2014 году), Бельгия (10-е место — единственный случай), где в 2004 году был облит краской памятник Петру I, установленный в Королевском парке в Брюсселе. 

— В канун 70-летнего юбилея победы СССР над фашизмом мы хотим обратить внимание граждан России на эту ужасную и вопиющую статистику. Мы считаем, что это надругательство не только над памятью погибших, но и над принципами мира, над союзническими договоренностями и историей, которую таким образом в очередной раз пытаются переписать, — заявил «Известиям» глава Антифашистского антимайданного совета, автор рейтинга Евгений Шабаев. 

По его словам, поскольку никто из осквернителей наказан не был, совет призывает россиян отказаться от туристических поездок в эти страны и бойкотировать их продукты питания.

— Мы планируем направить свои обращения во все турфирмы и турагентства, которые продают путевки в эти страны, остаться равнодушными мы не можем, — подчеркнул Шабаев. 

Как считают в Госдуме, причиной массовых актов вандализма стало осложнение отношений России с Западом, а также желание Европы забыть о том, кто на самом деле выиграл эту войну. 

— Очевидно, что это результат противостояния России и Евросоюза, который сегодня всячески поддерживает Украину. Ведь в каждой из стран, где происходят акты вандализма, есть радикальные элементы, у которых сейчас развязаны руки. На сегодня самая сильная антироссийская пропаганда на Украине, поэтому, естественно, она занимает первое место. То же самое можно сказать про страны Балтии и Польшу, — считает замглавы комитета по международным делам Госдумы Александр Романович. 

— Очевидно, что вандализм — это очередное проявление политического цинизма ряда государств, которые в целях своей самоидентификации выступают за забвение истории. К большому сожалению, документа, который бы защищал памятники, мемориальные комплексы и захоронения ВОВ, не существует, — отметил чрезвычайный и полномочный посол, депутат Госдумы Василий Лихачев. 

По его словам, сегодня Россией заключены девять двусторонних международных договоров с рядом стран, готовятся соглашения с Великобританией, Латвией и Китаем, но они носят узкий характер. Очевидно, считает парламентарий, что должен появиться новый и более модальный юридический акт, который мог бы применяться и защищать культурные ценности во всех странах. 

По мнению главы Института политических исследований Сергея Маркова, статистика еще раз доказывает, что фашизм в Европе поднимает голову.

— На самом деле эти страны нам благодарны. Но в них есть очень маленькая часть населения, которая исторически корнями связана с неонацистами. Для них Гитлер — герой, а советские солдаты — враги. Вот они и мстят таким образом. А на Украине фашизм пришел к власти, — считает эксперт, согласный с предложением Антифашистского совета призвать граждан отказаться от туризма в эти страны.